Войти в мой кабинет
Регистрация
ГОТОВЫЕ РАБОТЫ / КУРСОВАЯ РАБОТА, ПРАВО И ЮРИСПРУДЕНЦИЯ

Историко-теоретический опыт развития уголовного законодательства об ответственности за убийство, совершенное в состоянии аффекта.

ikonowosky2016 504 руб. КУПИТЬ ЭТУ РАБОТУ
Страниц: 42 Заказ написания работы может стоить дешевле
Оригинальность: неизвестно После покупки вы можете повысить уникальность этой работы до 80-100% с помощью сервиса
Размещено: 24.04.2019
Цель курсовой работы – изучить уголовно-правовую характеристику убийств, совершаемых в состоянии аффекта. Объектом исследования является совокупность общественных отношений, связанных с законодательным закреплением и практической реализацией уголовно-правовых норм, регламентирующих ответственность за убийство, совершаемого в состоянии аффекта. Предметом исследования выступают непосредственно уголовно-правовые нормы, регламентирующие ответственность за убийство, совершаемого в состоянии аффекта. Задачи курсовой работы: 1. Изучить исторический аспект в развитии уголовного законодательства об ответственности за убийство, совершенное в состоянии аффекта, с учетом зарубежного опыта в исследуемой области. 2. Изучить объективные признаки убийства, совершенного в состоянии аффекта. 3. Изучить субъективные признаки убийства, совершенного в состоянии аффекта. 4. Изучить вопросы совершенствования уголовного законодательства об ответственности за убийство, совершенное в состоянии аффекта и отграничения убийства, совершенного в состоянии аффекта, от смежных преступлений. Уголовно-правовые и криминологические аспекты аффекта рассматривались Ю.М. Антоняном, И.В. Горностаевой, Н.И. Загородниковым, С.В. Бородиным, А.В. Коломиной, А.Н. Красиковым, Д.А. Кузьминым, Ю.И. Ляпуновым, А.Н. Поповым, Е.В. Пуляевой, Б.В. Сидоровым, В.И. Ткаченко, Р.Р. Тухбатуллиным, М.М. Чубаркиным, А.А. Чугуновым, Т.Г. Шавгулидзе и другими. В данных работах содержатся научно обоснованные и практически полезные выводы, но, тем не менее, имеется ряд аспектов, остающихся дискуссионными и требующих дальнейшей научной разработки с учетом нового уголовного законодательства и позиций современной юриспруденции.
Введение

Актуальность темы обусловлена тем что, охрана личности от преступных посягательств - это приоритетная задача любой правоохранительной системы. Уголовный закон должен не только карать преступника, но и, восстанавливая социальную справедливость, эффективно нивелировать последствия преступления. К сожалению, причинение смерти - это деяние, последствия которого невозможно ни обратить, ни оценить. Распространенные в правоприменительной практике ситуации, связанные с возмещением вреда, причиненного такими преступлениями, в каждом конкретном случае разрешаются индивидуально, с учетом обстоятельств содеянного, однако вряд ли человеческую жизнь можно оценить в денежном эквиваленте. При таких обстоятельствах особое значение приобретают вид и мера наказания, назначаемого за посягательство на жизнь. Отечественный уголовный закон кардинально дифференцирует виды и меру наказания за умышленное и неосторожное причинение смерти, а также за некоторые виды убийств при смягчающих обстоятельствах. Например, «простое» убийство карается лишением свободы от шести до 15 лет, а за совершение квалифицированного убийства суд может назначить наказание вплоть до пожизненного лишения свободы. В случае же привилегированного убийства самый строгий вид наказания для виновного составляет пять лет лишения свободы. В случае гибели человека от чьих-то умышленных действии особенно важны корректная уголовно-правовая оценка содеянного, умение следователя, прокурора, судьи правильно квалифицировать деяние. Из-за специфичности данной категории преступлений квалификационные ошибки достаточно серьезно влияют не только на оценку содеянного, но и на вид и меру наказания. Вместе с тем если в ст. 61 УК РФ закреплены обстоятельства, лишь смягчающие наказание (совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств; совершение преступления при нарушении условий правомерности необходимой обороны, задержания лица, совершившего преступление; противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления), то в ст. ст. 106-108 УК РФ содержатся тс же признаки, но уже как влияющие на квалификацию преступлений. Одним из видов психических состояний, учитываемых действующим УК РФ при привлечении лица к уголовной ответственности и назначении наказания, является аффект. Он, как одно из важных психологических понятий, которым оперирует уголовное право, является обстоятельством, смягчающим уголовную ответственность за совершённое преступление.
Содержание

Введение 3 Глава 1. Историко-теоретический опыт развития уголовного законодательства об ответственности за убийство, совершенное в состоянии аффекта 6 § 1. Исторический очерк о развитии уголовного законодательства об ответственности за убийство, совершенное в состоянии аффекта 6 § 2. Уголовное законодательство зарубежных стран об ответственности за убийство, совершенное в состоянии аффекта 17 § 3. Теоретический аспект уголовной ответственности за убийство, совершенное в состоянии сильного душевного волнения 20 Глава 2. Уголовно-правовая характеристика убийства, совершенного в состоянии аффекта 25 § 1. Объективные признаки убийства, совершенного в состоянии аффекта 25 § 2. Субъективные признаки убийства, совершенного в состоянии аффекта. 28 §3. Совершенствование уголовного законодательства об ответственности за убийство, совершенное в состоянии аффекта. Отграничения убийства, совершенного в состоянии аффекта, от смежных преступлений 31 Заключение 38 Список использованной литературы 40
Список литературы

Нормативные и правовые акты 1. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12.12.1993 (с учетом поправок) // Собрание законодательства РФ, 04.08.2014, N 31, ст. 4398 2. Уголовный кодекс Российской Федерации: Кодекс РФ от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 06.07.2016) // Собрание законодательства РФ, 17.06.1996, № 25, ст. 2954 Материалы судебной практики 3. Постановление Конституционного Суда РФ от 2 июля 2013 г. № 16-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Республики Узбекистан Б.Т. Галаева и запросом Курганского областного суда» // Вестник Конституционного Суда РФ. 2013. № 6. 4. О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ): Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 № 1 (ред. от 03.03.2015) // Бюллетень Верховного Суда РФ, № 3, 1999. 5. О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 // Бюллетень Верховного Суда РФ, № 11, ноябрь, 2012 6. Кассационное определение Судебной коллегии Верховного Суда РФ от 27 ноября 2002 г. но делу № 14-002-52. 7. Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 14.11.2017 N 81-АПУ17-19 8. Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 15.11.2017 № 41-АПУ17-30 9. Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 35-АПУ18-4 Научная и учебная литература 10. Авдеева Е.В. Уголовно-правовые и криминологические аспекты аффектированного убийства // Российский судья. 2017. N 5. С. 38 - 42. 11. Антонян Ю.М., Гончарова М.В., Кургузкина Е.Б. Убийство матерью новорожденного ребенка: уголовно-правовые и криминологические проблемы // Lex Russica. 2018. № 3 (136). С. 94-114. 12. Аталикова И.Р. Отграничение убийства, совершенного в состоянии аффекта, от смежных составов // Наука через призму времени. 2018. № 1 (10). С. 126-128. 13. Аффект и уголовная ответственность / Шавгулидзе Т. - Тбилиси: Мецниереба, 1973. - 214 c. 14. Баглай Ю.В., Чернова Ю.А. Значение физиологического и патологического видов аффекта в уголовном праве // Аллея науки. 2017. Т. 1. № 16. С. 738-742. 15. Гарбатович Д.А. Необходимая оборона: алгоритм квалификации // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Право. 2016. Т. 16. № 4. С. 22-28. 16. Гнездилова Д.С. Проблемы квалификации убийств, совершаемых в состоянии аффекта // Аллея науки. 2018. Т. 2. № 2 (18). С. 567-570. 17. Горлова Ю.А. Субъективные признаки убийства, совершенного в состоянии аффекта // Academy. 2017. № 11 (26). С. 61-63. 18. Жерасова А.Р. Убийство, совершенное в состоянии аффекта // Аллея науки. 2017. Т. 5. № 16. С. 774-779. 19. Иринчеев В.В. Особенности уголовной ответственности за убийство, совершенное в состоянии аффекта // В сборнике: Современные проблемы раскрытия, расследования и предупреждения преступлений против жизни в Республике Бурятия Материалы всероссийской научно-практической конференции. Научные редакторы Ю.В. Хармаев, Э.Л. Раднаева. 2017. С. 37-44. 20. Комарова Д.В. Понятие и виды аффекта // Современные проблемы права, экономики и управления. 2017. № 1 (4). С. 80-84. 21. Кропачева К.И. Особенности уголовной ответственности за убийства, совершенные в состоянии аффекта, в России и зарубежных государствах: сравнительно-правовой анализ // Вопросы российского и международного права. 2017. Т. 7. № 5A. С. 147-161. 22. Куленко О. И. Эволюция развития уголовной ответственности за преступления, совершаемые в состоянии аффекта // Вестник ЧелГУ. 2010. № 9. С. 70-73 23. Панфилов И.П. Вопросы отграничения убийства, совершенного в состоянии аффекта, от смежных составов преступлений // Инновационная экономика и право. 2016. № 4 (5). С. 121-124. 24. Полянская В.А. Компетенция судебно-психологической экспертизы в оценке юридически значимого аффекта // Сибирский юридический вестник. 2018. № 1. С. 82-86. 25. Пуляева, Е.В. Аффект: уголовно-правовая и криминологическая характеристика: дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08. - Тамбов, 2007. - 235 с. 26. Рафикова Д.Ф. Убийство в состоянии аффекта // Аллея науки. 2018. Т. 2. № 2 (18). С. 624-626. 27. Сазанова Е.А. Аффект как уголовно-правовой и психологический феномен // Наука и образование: хозяйство и экономика; предпринимательство; право и управление. 2016. № 12 (79). С. 108-112. 28. Сапожникова К.А. Проблемы квалификации и разграничения убийства, совершенного в состоянии аффекта // Отечественная юриспруденция. 2017. Т. 1. № 5 (19). С. 85-87. 29. Скворцова О.В., Степанюк А.Н. Генезис уголовно-правовой регламентации преступлений, совершенных в состоянии аффекта // Ученые записки Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского. Юридические науки. 2016. № 1. С. 127-136. 30. Смыслова А.В. Аффект: философские, психологические, уголовно-правовые и криминологические аспекты // Наука 21 века: вопросы, гипотезы, ответы. 2015. № 4 (13). С. 134-142. 31. Станкевич К.К. Мотивы и цели убийств, совершенных без квалифицирующих и привилегированных обстоятельств // Известия Тульского государственного университета. Экономические и юридические науки. - 2016. - № 1-2. - С. 259-265. 32. Суворова Е.А. Особенности уголовной ответственности за убийство в состоянии аффекта в России и за рубежом // Современные научные исследования и разработки. 2016. № 5 (5). С. 105-107. 33. Тухбатуллин Р.Р. Умышленные преступления против жизни и здоровья, совершенные в состоянии аффекта : Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08 Москва, 2005 - 217 с. 34. Усачева А.П. Привилегированные виды причинения вреда здоровью в уголовном законодательстве стран англо-саксонской системы права // Вестник Краснодарского университета МВД России. 2017. № 4 (38). С. 43-47. 35. Черкасова Е.С. Проблемы судебно-психологической экспертизы и правоприменительной практики в определении физиологического аффекта у обвиняемого // Актуальные вопросы борьбы с преступлениями. 2015. № 3. С. 72-74. 36. Чугунов А. А. Ответственность за убийство, совершенное в состоянии аффекта: дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08 Москва, 2008. - 193 с. 37. Шель Ю.А. Убийство в состоянии аффекта // Законность. 2015. № 2 (964). С. 56-58.
Отрывок из работы

§ 1. Исторический очерк о развитии уголовного законодательства об ответственности за убийство, совершенное в состоянии аффекта Современное уголовное законодательство устанавливает ответственность за совершение убийства и причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта). Нормы об ответственности за данные составы преступлений имеют свою историю зарождения и эволюции перед тем, как они были определены законодателем в ст. 107 и 113 ныне действующего УК РФ 1996 года. Развитие и становление российского законодательства об ответственности за преступления, в современном понимании совершенные в состоянии физиологического аффекта, вызванного неправомерными действиями потерпевшего, связаны с нормами Русской Правды, которые, как отмечает исследователь Куленко О. И., содержали в себе первое упоминания об убийстве в состоянии аффекта. Так, согласно ст. 26 Пространной редакции Русской Правды, ответ мечом на оскорбление действием не являлся преступлением и не подлежал наказанию: «Не терпя ли противу тому ударить мечемь, то вины ему в томь нетуть» . Далее нормы об ответственности за аффективные преступления нашли свое отображение и дальнейшее развитие в Артикуле воинском Петра I 1715 г., который предусматривал ответственность за оскорбление, нанесенное в состоянии крайнего возбуждения: «ежели кто другаго не одумавшись с сердца, или опамятовась, бранными словами выбранит, оный пред судом у обиженнаго христианское прощение имеет чинить и просить о прощении» . Анализируя данную формулировку, необходимо акцентировать внимание на таких понятиях как: «не терпя...», «не одумавшись с сердца, или опамятовась» – эти характеристики эмоционального состояния лица позволяют утверждать, что в этот период основанием смягчения или освобождения от уголовной ответственности была внезапность умысла, который возник под влиянием переживаний, чувств и эмоций. Современное законодательство не рассматривает такое состояние как основание смягчения ответственности: сами по себе эмоции не имеют уголовно-правового значения . В дальнейшем данная норма нашла свое отражение в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных, которое было утверждено указом Николая I 15 августа 1845 года и введено в действие с 1 мая 1846 г. По сути, твердо можно утверждать о том, что данный акт стал первым уголовным кодексом в истории российского уголовного права, поскольку предыдущие акты состояли из множества норм, регламентирующих разные отрасли права. Данное Уложение закрепило ответственность за предумышленное убийство, а также за убийство, совершенное по внезапному побуждению, без предварительного умысла. К последним относились действия, совершаемые в состоянии запальчивости или раздражения, что и послужило основанием для отнесения их к привилегированному составу. Эти два обстоятельства законодатель понимал как состояние, которое объединяет в одном душевном напряжении, а так же в формировании и возникновении злого умысла, после чего виновное лицо реализует данный умысел при помощи совершения преступления. Все те деяния, которые осуществляются виновным в данном состоянии, выступают в качестве «продукта одного страстного порыва». При закреплении данных категорий законодатель предполагал их использовать в качестве общих понятий о подобном настроении виновного, которое в определенной степени оправдывает его деяние. Возбудителями такого состояния могут быть различные источники, которые могут иметь разнообразные оттенки влияния на виновное лицо. Следует акцентировать внимание на том факте, что Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. имело свои отличительные черты от предыдущих актов, предусматривавших уголовную ответственность за аффективные преступления. Данные отличия проявлялись в том, что Уложение 1845 г. закрепляло нормы, которые имели казуистический характер, предусматривающие точные и конкретные термины. Указанные нормы существовали с целью определения эмоционального состояния виновного лица, которое в свое время выступало в качестве основания освобождения от ответственности «запальчивость» и «раздражение». Анализируя содержание данного Уголовного уложения, следует отметить, что в случае совершения преступления в результате сильного раздражения на некую обиду, оскорбление или на поступки лица, уменьшается и смягчается вина преступника, в том числе и строгость назначения наказания. Наказание за убийство не смягчается в следующих случаях: совершения хладнокровного убийства, даже если умысел возник в состоянии аффекта; когда обдуманное намерение на совершение преступления было реализовано в запальчивости и раздражении. Раздражение, согласно Уложению, – это такое состояние человека, когда он «весь придается этому душевному порыву, не чувствует в себе достаточно силы, чтобы овладеть собою». Необходимо обратить внимание на то, что с самого начала принятия Уложения для того, чтобы возможность смягчения наказания стала реальной, законодатель закрепил провокацию со стороны потерпевшего лица. В дальнейшей же редакции Уложения возможность смягчения наказания стала допустимой, независимо от обстоятельств, которые могли вызвать раздражение у виновного лица. При назначении наказания не учитывался тот факт, в отношении какого именно лица были осуществлены противоправные или аморальные действия, то есть главное значение имело то, что это раздражение повлияло на виновное лицо. Это говорит о том, что провокация должна быть признана не только при обиде, нанесенной напрямую виновному в совершении убийства, но даже при оскорблении, которое было адресовано близкому для виновного лицу. Наказание за подобное преступление при таких обстоятельствах должно быть менее строгим. Исходя из вышеуказанного, можно смело говорить о том, что состояние «запальчивости или раздражения» было основополагающим структурным признаком состава данного «привилегированного» вида убийства даже независимо от того, кем или чем данное преступление было спровоцировано. Все это существенно снижало ценность данной уголовно-правовой нормы как регулятора справедливости ответственности и наказания за убийство в состоянии обоснованного психического расстройства, вызванного извинительными обстоятельствами (насилием или тяжким оскорблением со стороны убитого). Очевидно и то, что «запальчивость и раздражение» не могли служить показаниями такого психического расстройства лица, которое бы давало основание для резкого снижения степени его вины в убийстве, как обстоятельство, резко ограничивающее осознание виновным фактического характера и общественной опасности своих действий либо возможности руководить ими. Следующим законодательным актом, который закрепил аффективные составы преступлений в уголовном законодательстве дореволюционного периода, стало Уголовное уложение 1903 года, в котором использовалось понятие «сильное душевное волнение», а также был снижен максимальный срок наказания с двенадцати до восьми лет. Закрепляя данную норму, законодатель поставил перед собой цель ограничить возможность смягчения ответственности в том случае, когда эмоциональное состояние виновного действительно повлияло на сознание виновного и сузило его способность к выбору определенного варианта поведения. Это в значительной мере отличает данную норму, закрепленную в Уголовном уложении 1903 года, от нормы в Уложении 1845 г.. Преступления, которые совершались в непрерывно продолжающемся возбужденном состоянии, были выражены в ст. ст. 458 и 470 данного Уложения, в которых аффект считался обстоятельством, которое смягчает наказание. Так, в ч. 1 ст. 458 Уложения данная категория преступлений регламентировалась как задуманное и выполненное под влиянием сильного душевного волнения (оно наказывалось каторжными работами не свыше 8 лет), а в ч. 2 ст. 458 Уложения указывалось, что виновный за убийство под влиянием сильного душевного волнения может привлекаться к ответственности только в том случае, если его «душевное состояние вызвано противозаконным насилием над личностью или тяжким оскорблением со стороны (оно наказывалось только заключением в тюрьме на срок до одного года). По своей конструкции диспозиция аффективных преступлений была приближена к той, которая закреплена в современном УК. То, что касается уголовной регламентации аффективных преступлений в советский период, то необходимо отметить, прежде всего, что в период 1917–1919 гг. особенностями советского уголовного законодательства являлось: – отсутствие детальных и отдельных норм о преступлениях против личности; – полное отсутствие конкретно определенных санкций в отношении отдельных категорий преступлений. Первое законодательное закрепление состояния сильного душевного волнения как смягчающего обстоятельства появилось в Руководящих началах по уголовному праву РСФСР 1919 г. В п. «з» ст. 12 было указано, что для определения меры наказания в каждом отдельном случае необходимо учитывать факт обнаружения в совершенном деянии заранее обдуманного намерения, коварства, жестокости, злобы, хитрости либо то, что деяние было совершено в состоянии «запальчивости» (последнее рассматривалось как обстоятельство, смягчающее ответственность). В июне 1922 г. был введен в действие УК РСФСР, диспозиция ст. 144 которого была сформулирована так: «Умышленное убийство под влиянием сильного душевного волнения, вызванного противозаконным насилием или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего». Общепринятым было суждение о том, что «сам факт волнения, хоты бы и сильного, не должен смягчать ответственности». Диспозиция этой уголовно-правовой нормы по существу не отличалась от диспозиций аналогичной нормы, которую предусматривала ч. 2 ст. 458 Уголовного уложения 1903 года. Изменилась лишь санкция: ст. 144 УК РСФСР 1922 года устанавливала за такое убийство наказание в виде лишения свободы сроком до 3-х лет. Но помимо законодательной регламентации сильного душевного волнения в Особенной части УК РСФСР 1922 г., в качестве смягчающего наказание обстоятельства в Общей части предусматривалась «запальчивость». То есть в данном случае законодатель разграничил такие понятия как «сильное душевное волнение» и «запальчивость», последнее из которых понималось как внезапно возникший умысел, который являлся противоположным прямому умыслу и выступал в качестве общего смягчающего обстоятельства, сильное душевное волнение было выделено в качестве признака привилегированного состава. Также разница между этими понятиями заключалась в том, что совершение преступления в состоянии сильного душевного волнения являлось менее общественно опасным, нежели в состоянии «запальчивости». В ноябре 1926 г. ВЦИК был принят новый УК РСФСР, который по своему содержанию повторял УК РСФСР 1922 г. Содержание нормы о совершении преступления в состоянии аффекта значительно не было изменено. Законодатель лишь повысил наказание за этот вид «привилегированного» убийства до 5 лет лишения свободы. В ст. 144 УК РСФСР 1926 г. было закреплено нововведение. Диспозиция данной нормы предусматривала пониженную ответственность за легкое телесное повреждение, совершенное виновным в состоянии аффекта, что вызывало серьезные трудности на практике. В этой связи Пленум Верховного Суда РСФСР в постановлении от 7 марта 1927 г. вынужден был дать ряд разъяснений. В частности, в нем отмечалось, что, «исходя из того, что ст. 144 УК РСФСР 1926 г. предусматривает легкое телесное повреждение, нанесенное под влиянием внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного насилием или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего, а нанесение тяжкого телесного повреждения при тех же условиях не предусмотрено специально УК, а ст. 142, предусматривающая нанесение тяжких телесных повреждений, опасных для жизни, специально не выделяет случаев нанесения этих повреждений при наличии указанных в ст. 144 условий, впредь до издания специального закона при определении меры социальной защиты за нанесение тяжкого телесного повреждения под влиянием внезапно возникшего душевного волнения, вызванного насилием или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего, суд должен руководствоваться пределами санкции, предусмотренной ч. 1 ст. 143». Необходимым является указать на то, что в п. «д» ст. 48 УК РСФСР 1926 г. обязательным признаком убийства, совершенного в состоянии аффекта, было только данное состояние без противоправных действий со стороны потерпевшего лица. Такая формулировка уже была изменена в п. 4 ст. 33 Основ уголовного законодательства СССР и союзных республик 1958 г., в котором содержалось указание не только на наличие у виновного лица состояния аффекта, но и на обусловленность данного обстоятельства неправомерностью действий потерпевшего. А вопрос о том, может ли состояние аффекта у виновного лица вне связи с неправомерностью действий со стороны потерпевшего быть обстоятельством, характеризующим деяние как менее опасное с точки зрения уголовного права, был некоторое время остро обсуждаемым в правовой литературе. Так, некоторыми учеными была высказана точка зрения, согласно которой сам факт наличия аффекта независимо от причин, его вызвавших, должен быть основанием к снижению ответственности. Для примера, М. Д. Шаргородский считал, что «требование провокации вряд ли является основательным. В состоянии аффекта человек не может полностью отвечать за свои поступки как за умышленные, просто в результате того состояния, в котором он находится. Именно это должно явиться основанием для снижения меры наказания». Другую точку зрения высказывает А. А. Жижиленко, который говорит, что одного аффекта, то есть сильного душевного волнения, еще недостаточно для признания убийства привилегированным; требуется еще, чтобы была налицо провокация, то есть известные агрессивные действия со стороны потерпевшего. Эта провокация должна выражаться или в насилии, или в тяжком оскорблении со стороны потерпевшего. В 1958 г. вступили в действие Основы уголовного законодательства СССР и Союзных республик, ст. 33 которого закрепила одно из смягчающих обстоятельств – совершение преступления под влиянием сильного душевного волнения, которое было вызвано неправомерными действиями потерпевшего лица. В 1960 г. был принят новый УК РСФСР, диспозиция ст. 104 которого устанавливала ответственность за убийство, совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного насилием, тяжким оскорблением, а равно иными противозаконными действиями потерпевшего, если они повлекли или могли повлечь тяжкие последствия для виновного или его близких. Анализируя данную статью, законодатель уточнил в ней психические составляющие виновного путем прибавления к понятию «сильное душевное волнение» такого слова как «внезапно возникшее», которое давало основание говорить о «состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения» как о «состоянии аффекта», имея в виду, что аффекты, как особые состояния сознания человека, «возникают большей частью внезапно». Санкция данной статьи предусматривала наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет или исправительных работ на срок до двух лет. В данном случае состояние сильного душевного волнения имело два значения: - данное обстоятельство было установлено в специальных нормах, которые влияли на квалификацию совершенного деяния (ст. ст. 104, 110 УК РСФСР); - данное обстоятельство было закреплено как смягчающее ответственность обстоятельство и учитывалось при назначении наказания (п. 5 ст. 38 УК РСФСР). Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. в круг обстоятельств, которые могли быть основанием для установления состояния аффекта, помимо насилия и тяжкого оскорбления включил и иные противозаконные действия потерпевшего, если эти действия повлекли или могли повлечь тяжкие последствия для виновного или его близких. Иными словами, более широкой стала характеристика внешнего повода, который служил провокацией появления внезапно возникшего сильного душевного волнения и умысла на убийство виновного в этом состоянии. Относительно такого обязательного признака аффективных преступлений, как вред, интересной представляется точка зрения Бабичева А. Г., который говорит о том, что наличие требования в ст. 104 УК РСФСР реального или возможного вреда в результате противозаконных действий потерпевшего выглядело ненужным, ибо тяжесть таких последствий не может быть непременным, существенным, применимым во всех случаях мерилом допустимого повода при совершении данного вида убийства. Для того, чтобы реальность определения оценки прямого повода, который вызвал аффект у виновного лица, стала возможной, необходимо учитывать: - степень аморальности или противозаконности провокационных действий; - степень вреда, который был причинен вследствие определенных действий; - субъективное восприятие виновным нанесенной ему обиды; - значимость для него интересов, которые оказались объектом посягательства со стороны потерпевшего; - эмоциональная выраженность недоброжелательности и (или) издевательского отношения потерпевшего к будущему убийце. В дальнейшем данная норма поддавалась критике со стороны как правоприменителей, так и ученых. Было совершено большое количество судебных ошибок, что и привело к возникновению необходимости подготовки изменений конструкции данной уголовно-правовой нормы в УК РФ. Таким образом, уголовно-правовые нормы об ответственности за преступления против жизни и здоровья, совершенные в состоянии аффекта, привели в процессе своего эволюционного развития к тем юридическим конструкциям, которые включены сегодня в действующие ст. 107, 113 УК РФ. Ныне действующий УК РФ устанавливает уголовную ответственность за убийство в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ) и причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта (ст. 113 УК РФ). В отличие от предшествующих конструкций данных составов преступлений, уголовный закон внес определенные изменения в их нынешнюю регламентацию: 1) расширил круг обстоятельств, которые могут выступать основанием для установления состояния аффекта: - противоправность или аморальность действий (бездействия) потерпевшего, что привело к возникновению внезапно возникшего сильного душевного волнения; - систематическое противоправное поведение, которое привело виновное лицо в состояние длительной психотравмирующей ситуации; 2) был введен квалифицированный состав аффективного убийства, такой как: убийство двух или более лиц в состоянии аффекта; 3) уменьшено наказание за убийство в состоянии аффекта с пяти до трех лет.
Не смогли найти подходящую работу?
Вы можете заказать учебную работу от 100 рублей у наших авторов.
Оформите заказ и авторы начнут откликаться уже через 5 мин!
Похожие работы
Дипломная работа, Государственное и муниципальное управление, 95 страниц
650 руб.
Курсовая работа, Государственное и муниципальное управление, 32 страницы
210 руб.
Служба поддержки сервиса
+7(499)346-70-08
Принимаем к оплате
Способы оплаты
© «Препод24»

Все права защищены

Разработка движка сайта

/slider/1.jpg /slider/2.jpg /slider/3.jpg /slider/4.jpg /slider/5.jpg