1.1. Тайна как правовая категория: понятие и основные характеристики
Поиск оптимальной модели взаимоотношений государства и личности неизбежно упирается в ряд проблем, которые на протяжении длительного времени не находят единообразного разрешения. Одной из таких проблем является правовое регулирования режима тайны. Понятие тайны известно с древнейших времен – будучи разновидностью информации, тайна сопутствовала обществу на протяжении всего его развития.
Так, например, понятие «тайна» неоднократно упоминается в различных религиозных текстах: ветхозаветных, евангельских, библейских, выделяющих тайну Христа (Кол. 4:3), (Еф. 3:2-5), тайну Церкви (Еф. 3:9-10), (Еф. 5:32), тайну веры «в чистой совести» (1 Тим. 3:9) .
По своей сути любая информация представляет собой нематериальное отображение окружающего мира, однако, для того, чтобы быть воспринятой, информация должна подвергнуться интеллектуальному воздействию со стороны человека, суть которого заключается в ее анализе и переработке.
В латинском языке под термином «informatio» понималось «разъяснение, изложение, осведомление» , словари традиционно толкуют информацию как сведения об окружающем мире и протекающих в нем процессах, воспринимаемые человеком или специальным устройством .
На протяжении длительного периода общепринятым значением термина «информация», не вызывающим острых научных дискуссий, являлось «сообщение, осведомление кого-либо о чем-либо», т.е. под информацией, по сути, понимались сведения, передаваемые от одного субъекта общественных отношений к другому. Однако, к сожалению, не всегда юридическая наука и практика успевают за развитием общественных отношений в той или иной области – это тем более характерно для информационных отношений, поэтому вышеозначенный подход в настоящее время многими исследователями оценивается весьма критично: «Мы получили определение информации как сведений, тогда как более точным и верным следовало бы считать информацию способом их получения, средством и инструментом их передачи. В таком понимании открываются концептуально иные возможности восприятия информации» . С таких позиций верным представляется вывод о том, что с точки зрения правового регулирования важнейшим критерием является доступность информации для пользователей. Именно критерий доступности информации лежит в основании исследуемого понятия тайны, с философских позиций представляющейся «необходимым формальным условием человеческого бытия».
В русском языке слово «тайна» произошло от древнерусского «тай» и первоначально было мужского рода. В.И. Даль так определял данное понятие: «Кто чего не знает – то для него тайна; все скрытое, неизвестное, неведомое» .
Отечественное законодательство исторически регулировало различные виды тайн. Так, с середины XVI в. появляются первые документы, упорядочивающие общественные отношения, связанные с тем или иным видом тайной информации и способами ее получения, с ХIХ в. впервые была установлена уголовная ответственность за нарушение тайны переписки, телефонных переговоров и телеграфных сообщений и иные подобного рода деяния.
В последствии, по мере развития российской государственности, законодательное регулирование тех или иных видов тайн претерпевало существенные изменения, однако проблемы правового регулирования исследуемой категории не теряют своей актуальности на протяжении длительного периода и, по сути, сводятся к основной проблеме - разработке понятийного и созданию на его основе единообразного терминологического аппарата, воспринятого всеми отраслями действующего законодательства Российской Федерации. В рамках решения данной проблемы как основополагающей предполагается разработка следующих направлений:
- во-первых, определение баланса между необходимостью обеспечения тайны той ли иной категории сведений и свободой информационного обмена;
- во-вторых, создание действенного правового инструментария защиты охраняемых законом тайн от преступных посягательств и охраны сведений, составляющих ту или иную тайну.
Представляется, что проблема разработки понятийного аппарата является одной из основополагающих, так как в настоящее время официальная дефиниция общеправового понятия тайны, к сожалению, отсутствует. Между тем, действующее законодательство содержит порядка 40 актов, регулирующих тот или иной вид тайн, зачастую весьма противоречиво. Так, например, текстуальный анализ ст. 150 Гражданского кодекса позволяет сделать вывод, что законодатель, говоря о личной и семейной тайне наряду с правом на неприкосновенность частной жизни, подразумевает их как самостоятельные нематериальные блага; при этом, анализ ст. 137 Уголовного кодекса РФ свидетельствует о том, что личная и семейная тайны являются главным содержанием неприкосновенности частной жизни.
Очевидно, что такая ситуация является следствием отсутствия в правовой науке единообразного подхода к определению понятия тайны – напротив, при определении отдельных видов тайн можно констатировать различные конкурирующие точки зрения. Так, например, Л.Е. Владимиров под тайной понимает «сохранение в негласности обстоятельства, разглашение которого принесло бы больше вреда, чем пользы» - представляется, что это определение имеет морально-нравственный, а не правовой акцент. Л.О. Красавчиковой под тайной понимается определенная информация о действиях (состоянии или иных обстоятельствах) определенного лица (гражданина, организации, государства), не подлежащая разглашению.
Достаточно подробное определение тайны дает И.В. Смолькова, - выделяя в числе основных признаков данного понятия его информационную природу; доступность узкому кругу лиц; возможность доступа со стороны определенного круга субъектов в силу их профессиональной или служебной деятельности, которые, в свою очередь, обязаны сохранять ставшую им известной информацию; ограничительный режим в отношении информационного обмена ввиду возможных негативных последствий; юридическая ответственность за нарушение данного режима, она понимает под тайной «особым образом охраняемый блок секретной или конфиденциальной информации (сведений), известной или доверенной узкому кругу субъектов в силу исполнения служебных, профессиональных и иных обязанностей или отдельных поручений, разглашение которых может повлечь юридическую ответственность» .
Представляется, что данное И.В. Смольковой определение понятия тайны, не смотря на свою глубину, тем не менее, нуждается в дальнейшем уточнении. Так, судя по определению, автор объединяет в один блок секретную и конфиденциальную информацию, не раскрывая значение используемых терминов. Кроме того, текстуальный анализ данного определения позволяет сделать вывод о том, что юридическая ответственность наступает только за разглашение тайны. При таком подходе из правового поля исключаются случаи незаконного получения и использования информации, составляющей тайну. В.А. Мазуров, анализируя данное определение, отмечает еще один недостаток: по его мнению, нуждается в дальнейшем определении такой критерий, как «общественная опасность распространения этой информации» .
И.В. Бондарь в своей диссертационной работе определяет понятие «тайна» следующим образом: «Это представленная в нематериальной форме или на физических носителях и имеющая потенциальную духовно-нравственную, коммерческую либо иную общественно-значимую ценность информация, известная или доверенная ограниченному кругу лиц, доступ которой ограничен действующим федеральным законодательством, в связи с чем ее владелец либо иной обладатель принимает необходимые меры к охране ее конфиденциальности, разглашение которой влечет за собой юридическую ответственность» . Данная точка зрения на определение понятия тайны также имеет своих оппонентов: - «Громоздкость представленной формулировки «затеняет» ее лапидарность» . Кроме того, при анализе данного определения вызывают возражения такие существенные признаки тайны как исключительно общественная ценность, урегулированность только нормами законодательства и обеспеченность только юридической ответственностью.
Помимо перечисленных, в научной литературе существует подход, основывающийся невозможности выработки универсального единообразного определения: «круг сведений, имеющих ограниченный доступ и именуемых конфиденциальными, настолько широк, что дать им единое и поддающееся буквальному толкованию определение не представляется возможным» .
Думается, что определение понятия тайны необходимо проводить через анализ его существенных признаков. Как уже отмечалось, для обозначения понятия тайны в Древней Руси использовалось слово «тай» . Родственный термин «таить» у В.И. Даля означает «скрывать от других, содержать в неведении от кого-либо, в сокровенности, хоронить; отпираться, запираться, лгать»[14].
Синонимичным тайне понятием является понятие «секрет». Секрет, в свою очередь, в справочной литературе понимается как то, что «держится в тайне, скрывается от других, либо скрытая причина, тайна»[15]. Таким образом, по справедливому замечанию Р.Б. Головкина, при определении понятия, обозначаемого термином «тайна» в справочной литературе, мы сталкиваемся с ситуацией, когда «неизвестное устанавливается через неопределенное»[16].
При рассмотрении существенных признаков понятия тайны единство точек зрения в науке также не достигнуто. Анализ имеющихся научных точек зрения позволяет сделать следующие выводы, касающиеся определения понятия и характерных признаков тайны как правовой категории:
1. В числе основных признаков понятия тайны необходимо выделить его социально-правовую природу. В обществе тайны появляются, скорее всего, на этапе появления социальной дифференциации, из-за необходимости обеспечения выживания в форме табу. «Жизнь в поздней первобытности обеспечивалась табуированием, сакрализацией сведений о сущности человека, природы, а также о происхождении нормативной обусловленности существования общества»[17]. Кроме того, тайны были необходимы и для поддержания самой общественной власти. Таким образом, категория тайны была необходима для поддержания общественного порядка и складывающегося общественного строя.
2. Понятие тайны напрямую связано с понятием информации. Говоря о тайне, мы подразумеваем, прежде всего, не столько сами процессы и явления, сколько о сведениях о них. Как уже говорилось выше, понятие информации на сегодняшний день остается спорным. Наиболее компромиссным, позволяющим правильно расставить правовые акценты, вероятно, является определение информации через обособленные образы действительности, воспринимаемые и фиксируемые человеческим сознанием из определенных источников (форм) и передающиеся другим людям с помощью различных носителей. Таким образом, к информации следует относить не только конкретные сведения и факты, имеющиеся в наличии, но и их отсутствие.
Законодатель также идет по пути определения информации как явления, по своей сути отличающегося от имущества, вещи. Эта идея впервые закреплена в ст. 128 ГК РФ, называющей информацию в числе отдельных самостоятельных объектов гражданских прав. Однако введение в законодательный оборот термина «информация» нормами Конституции РФ 1993 г., а затем ГК РФ произошло без его расшифровки - без определения.
По-видимому, это можно объяснить фактическим отсутствием на тот момент правовой теории информации. «Если на Западе юридические подходы к решению вопросов в информационной сфере во многом складывались путем апелляции к традициям делового оборота, то у нашей страны такой возможности не было. Действующая в Советском Союзе система правового регулирования обращения информации соответствовала определенным правовым, политическим, идеологическим и экономическим условиям, которые перестали существовать с распадом СССР. Вследствие существовавшей в советский период фактической монополии государства на все информационные ресурсы страны возникает острая необходимость закрепить на уровне Конституции права и свободы, связанные с информацией»[18].
Несомненно, что соблюдение правил юридической техники – необходимое условие создания правовой нормы, в связи с тем, что «правовая норма является отражением дискретной части реального мира в виде прагматических языковых феноменов и выражением семантической функции языка»[19]. Особенно важно соблюдение юридико-технических правил в случае закрепления в законодательстве определений, раскрывающих юридическое содержание тех или иных понятий. Как известно, при формировании новых отраслей законодательства дефиниции играют роль правовых принципов. Состояние терминологии информационного законодательства в научной литературе принято характеризовать как терминологический хаос, преодолеть который с принятием Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации» (далее - Закон об информации)[20], к сожалению, не удалось.
Несовершенство понятийного аппарата породило терминологическую путаницу - в настоящий момент в законодательстве закреплено «право на информацию» (ст. 1027 Гражданского кодекса), «право на доступ к информации» (п. 3 ст. 387 Таможенного кодекса РФ), «право на получение информации» (п. 4 ст. 66 Семейного кодекса РФ) и т.д.; в научной литературе общепринятыми и зачастую синонимичными становятся понятия «права на информацию» и «информационные права». Столь рассеянный научный и законодательный фокус на исследуемую проблему объясняется, по-видимому, тем, что термин «информация» введен в текст Конституции Российской Федерации без учета телеологического аспекта формирования юридической материи, не в качестве сложной и многоаспектной категории, а именно как общепринятый, широко употребимый термин. При этом его последующая инструментальность как бы не предполагалась. Однако именно прямая логическая связь между понятиями тайны и информации обусловливает необходимость дальнейшей разработки терминологического аппарата.
3. Объектом тайны является не любая информация, а лишь обладающая свойством конфиденциальности или ограниченного доступа. Ст. 2 Федерального закона от 20 февраля 1995 г. № 24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации», который утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ[21]) определяла информацию как «сведения о лицах, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах независимо от формы их представления», при этом конфиденциальной признавалась только «документированная информация, доступ к которой ограничивается в соответствии с законодательством Российской Федерации»; под документированной информацией (документом) законодатель в этой же статье понимал зафиксированную на материальном носителе информацию с реквизитами, позволяющими ее идентифицировать.
Действующим Федеральным законом «Об информации, информационных технологиях и защите информации» (ст. 2) предусмотрено несколько иное понятие информации: «информация - сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления». Как видим, законодатель пошел по пути расширения объективных признаков понятия информации, при этом определяя конфиденциальность информации, он закрепляет, что под ней следует понимать «обязательное для выполнения лицом, получившим доступ к определенной информации, требование не передавать такую информацию третьим лицам без согласия ее обладателя». Данная позиция представляется верной, так как, согласно предыдущей редакции, например, информация, содержащаяся в памяти компьютера и передаваемая по каналам связи, не попадала под понятие конфиденциальной информации и, соответственно, под правовую защиту.
Между тем, следует отметить, что единообразного понимания конфиденциальности как свойства информации на сегодняшний день не выработано ни наукой, ни практикой правового регулирования. Конфиденциальные сведения (от лат. confidentia – доверие), по сути, представляют собой доверительные сведения, не подлежащие огласке, доступ к которым ограничивается в соответствии с законодательством, при этом конфиденциальность сведений определяет и доверяет посторонним лицам сам владелец этих сведений. Таким образом, сведения, составляющие, например, личные тайны, вполне могут подпадать под определение конфиденциальной информации. С другой стороны, сведения, составляющие государственную тайну, под понятие конфиденциальных сведений не подпадают, так как определяются государством через соответствующие государственные органы, при этом получение этой информации строго регламентировано нормативными актами, а сама информация имеет гриф секретности.
Между тем, законодатель занимает по этому вопросу весьма противоречивую позицию. Так, например, ст. 143 Таможенного кодекса РФ устанавливает право таможенного брокера требовать от представляемого лица представления документов и сведений, необходимых для таможенного оформления, «в том числе содержащих информацию, составляющую коммерческую, банковскую или иную охраняемую законом тайну, и другую конфиденциальную информацию»[22]. – Таким образом, исходя из данной позиции законодателя, понятия тайны и конфиденциальной информации не являются синонимами, их необходимо отличать.
4. Незаконное получение, использование, разглашение сведений, составляющих объект тайны, влечет наступление общественно-опасных последствий в виде причинения вреда или его угрозы правам и законным интересам индивида, общества и государства.
5. Тайна как разновидность социально-правового явления регулируется не только нормами права, но и морально-нравственными нормами. «Отношения по поводу тайн, отношения доверия имеют высокую социальную значимость и в силу этого жестко урегулированы соответствующей совокупностью норм – этических или правовых»[23] - право как «нормативный феномен культуры»[24], опосредуя такие отношения, преобразует тайну в правовое явление. Так, за незаконное получение, использование и разглашение сведений, составляющих объект тайны, законодателем установлена юридическая ответственность. Наряду с этим, существует достаточное количество этических требований, содержащихся в тех или иных профессиональных кодексах, направленных на охрану тайн, ставших известными представителям тех или иных профессий. Несомненно, перечисленные особенности исследуемого понятия не являются исчерпывающими, но позволяют определить наиболее характерные черты тайны как правовой категории.
1.2. Основания классификации и виды тайн, регулируемых действующим законодательством Российской Федерации
Для того чтобы установить место и роль гражданско-правовых тайн среди прочих правовых тайн, необходимо определить систему правовых тайн в целом.
Систематизация тайн является одной из актуальных проблем изучения тайны как института права. Связано это с тем, что не существует стройной иерархической системы тайн, закрепленной законодательно. Основу для легального определения отдельных видов тайн в российском законодательстве составляет Конституция РФ [1]. В ней закрепляется право граждан, организаций и государства на тайну. На основе данных положений Конституции РФ отраслевым законодательством Российской Федерации выделяются соответствующие виды тайн: тайна частной жизни, профессиональная, коммерческая, служебная, государственная тайна.
Для определения содержания и признаков, характеризующих указанные виды тайн, проанализируем действующие нормативные правовые акты и научно-правовые источники. Законодатель в различных нормативных документах выделяет некоторые виды тайн, однако очевидно, что единое основание их разграничения отсутствует, в связи с чем одни и те же сведения могут подпадать под защиту различных видов тайн. Такой способ систематизации называется фасетным.
Первоначально представляется необходимым рассмотреть научные критерии для классификации того многообразия тайн, которые предусмотрены действующим законодательством. Научная систематизация тайн позволяет выявить их сущность и правовую природу, определить единство и дифференциацию видов тайн, установленных российским законодательством.
