Глава 1. Классические антропологические концепции
1.1 Антропология И. Канта
Отличие того, что существует «по природе» от того, что обязано своим существованием «человеческим устремлениям» было выявлено еще в античные времена. Однако решительный поворот философии нового времени к человеческой проблематике связан с именем Имма¬нуила Канта (1724—1804 гг.). Именно благодаря ему человек был «введен» филосо¬фию как центральный познающий субъекта. По словам Канта, все интере¬сы его разума (и спекулятивные и практические) объединены в трех следующих вопросах: 1. Что я могу знать? 2. Что я должен делать? 3. На что я могу надеяться? То есть по Канту в качестве главного фактора познания следует рассматривать свойства познающего субъекта, а не характер познавательной субстанции сам по себе. Иначе говоря, главным объектом внимания философии стал человек в его познавательной дея¬тельности. Таким образом, был дан толчок для дальнейшего изучения данного вопроса, произошло закладывание фундамента современного философского антропологизма [4].
Зачатки социаль¬ной антропологии были отмечены в источниках XVII—XVIII вв. некоторыми исследователями историко-философского направлений, которые в той или иной степени затрагивают проблемы становления философско-антропологического знания. Так, Г.Г. Шпет [2] говорит о том, что уже в рамках натуралистических исследований Линнея, Бюффона, Блюмменбаха были отмечены психологические стороны вида Homo sapiens. А упоминание психической антропологии в разрезе отчетливо фиксируемой познавательной области было сделано уже к концу XVIII века.
Однако следует отметить, что в начале XX ве¬ка антропология как таковая зачастую рассматривалась лишь в каче¬стве ветви биологического знания.
1.2 Материалистическая и идеалистическая антропология
Дальнейшее развитие антропологизм послекантовской философии получил в оформлении и идеалистов (Фихте, Шеллинг, Гегель), и материалистов (Фейербах, Маркс, Чернышевский).
Значительное влияние на дальнейшую судьбу философского ан¬тропологизма, безусловно, оказал ранний марксизм, перио¬да т. н. «родовой природы» человека. Резюмируя влияние К.Маркса на исследуемое в данной работе учение, можно сказать следующее: произошло дополнение познавательной деятель¬ности человека его общественно-преобразующей, практической деятельностью; природная сущность че¬ловека была расширена анализом его социальной стороны; в основу понимания человека был введено направление историчности. Тем не менее, ранее было упомянуто, что марксизм в действительности не сосредотачивался на определении субъектности человека, его уникальности и самодостаточности.
При оценке вклада классического марксизма в исследование челове¬ка, не следует забывать, что работы К. Маркса и Ф. Энгельса появились до возникновения естественнонаучной физиологии высшей нервной деятельности человека и определения фундамента научной психологии.
1.3 Новый содержательный этап антропологии рубежа XIX-XX вв.
На рубеже XIX-XX вв. начали формироваться основы нового содержательного этапа философско-антропологического знания. Безусловное и решающее воздействие на этот процесс было оказано достижениями положительного естественнонаучного знания, которое вплотную приблизилось к опытному исследованию структуры духовного мира человека и механизмов его функционирования (физиология высшей нервной деятельности - И. Сеченов, И. Павлов), развитие психологии и психиатрии (З. Фрейд, А. Адлер, В. Бехтерев), антро¬пологические и этнографические изыскания путей и форм станов¬ления вида Homo Sapiens. Кроме того, острая постановка проблемы человека как субъекта-творца социального мира, как личности и индивидуальности, а также акцентирование внимания на социальных барьерах, которые он вынужден преодолевать в про¬цессе своего исторического творчества были обусловлены общественно-исторической практикой, а именно развитием машинного и автоматизированного произ¬водства, новыми технологией и техникой, политическими и культурными явлениями.
Первые эксперименты в построении целостной программы изуче¬ния человека, подчеркивающие его субъектность, основаны, в большинстве своем, на работах М. Шелера, А. Гелена и X. Плеснера [3]. Утверждения данных деятелей вытекали из внутрифилософских отношений к «человеческой проблематике» и состояли в тесной связи с феноменологией Э. Гуссерля и со¬циальной психологией В. Вундта, Г. Тарда, С. Сигеле. Следует обратить внимание на существенный вклад в развитие новой антропологической пробле¬матики приверженцев русской религиозной философии начала и середи¬ны XX века, среди прочих Н. Бердяев, С. Франк, Л. Шестов, В. Розанов, Е. Трубецкой.
Без сомнения, надлежит разграничивать собственно немецкую философ¬скую антропологию, которая в данном упоминании является, по большей части, термином, и новую антрополо¬гическую проблематику в философии двадцатого столетия, проникающую тем или иным образом во все философские школы и течения нашего века: феноменологию, экзистенциализм, герменевтику, персона-лизм и т. п. Так, в частности, недопустимо отнести М. Хайдеггера к философской антропологии в узком ее смысле (к шелеровской), в то время как для философско-антропологической проблематики XX века как он, бесспорно, был одним из исключительных представителей. В аналогичном смысле можно упомянуть и о П. Тейяре де Шардене, А. Камю, X. Ортеге-и-Гассете, Ж. П. Сартре, Б. Расселе, а также многих других сторонников различных областей антропологически ориенти¬рованной культуры двадцатого столетия [4].
Глава 2. Современные антропологические концепции
2.1 Постижение духовного мира человека
Человек и природа в разрезе классического антропологизма были едины, человек рассматривался как высшая стадия развития природы, ее важнейший продукт, ввиду чего главным было выявление тех природных, а далее и социальных причин, обуславливающих последовательность ан¬тропогенеза и определяющих дальнейшую эволюцию чело¬века. Такая совокупность включала природные, климатические, геологические, экономические, законодательные составляющие, а также элементы труда, языка, культуры, системы общественных отношений, религии и многие другие. Вопрос о совершенствовании человека подразумевал, строго говоря, модификацию (или естественную эволюцию) этих внешних по отношению к человеку факторов. Самосовершенствование человека в сравнительной независимости от внешних по отношению к нему факторов обсуждению не подлежало.
Приверженцы антропологизм современности, напротив, акцентируют свое внимание на раскрытии внутреннего духовного мира человека [1]. Для чего необходимого определить имманентную логику развития духовного мира человека и через нее рассмотреть перспективы, направляющие силы самосовершенствования человека, вектор его развития, а так¬же характер творения им своего бытия. Именно по этой причине, наряду с двумя сферами действительности, в которых живет человек и которыми он опреде¬лен для классического антропологизма - природой и культурой (социумом), - непременно подлежит изучению третья сфера - внутренний духовный мир, который сосредоточивает в себе человеческую специфику, активность, индивидуально¬сть и мотивацию его поступков.
Нацеленность современного антропологизма на осмысление внутреннего духовного мира человека стоит понимать как восполнение познавательного процесса, не отрицающего, а, наоборот, дополняющего рассмотренные на предыдущем этапе факторы детерминации - природу и культуру.
Если же такому вектору придать самостоятельное значение, то ничего, кроме давно уже известного и отвергнутого приема полной редукции к социологизму и психологизму получено не будет, а это верный путь к «чистому» идеализму субъективистского толка. Также следует сказать и о «вечной» проблеме различий человека и животного, вопроса специфичности человека, исследование которого в рамках современного антропологизма сдвигается в сторону к а) природной неспециализированности человека, б) особой значимости индивидуального развития человека, в) рефлексивности его сознания [4]. Такую обращенность не стоит истолковывать, как отрицание признания роли и значения определенности человека природными и социокультурными условиями и факторами.
2.2 Проблема свободы человека
База классического антропологизма была определена максимой: человек свободен в рамках внешней (объективной) не¬обходимости. Самой же свободой считалась познанная и осознанная человеком потребность и его деятельность, соответствующая данной нужде.
В современном антропологизме, где делается акцент на специфично¬сти, субъектности, «самости» человека, свобода подразумевает возможность «выхода» за пределы данной социальной, а, возможно, и природной надобности, выхода за на¬личное существование. Механизм такого «выхода» основывается на свободном выборе человеком разновидности собственного поведения в конкретной жизненной ситуации. При этом человека не заботит возможность организации иной жизненной ситуации, более адекватно соответствующей его желаниям, интересам и целям.
Грамотно ли говорить о таком «выходе», без учета того, что свобода человека самым существен¬ным образом регламентируется как объективно существующими обстоятельствами, так и им самим: в структуру свободного выбора, очевидно, входит не только задаваемый себе вопрос: «Каковы мои действия в данной ситуации?», но и желание деятельности для изменения создавшегося положения. Стоит упомянуть, что вопрос «выхода» требует выделение индивидуальных особенностей самого определения жизненной реальности.
Философский термин трансценденции при¬обретает некое новое значение: - перемещение за рамки наличного, индивидуального бытия субъекта, будь-то отдельный человек, или все человечество [3]. Именно таким, с адаптацией к современности, и является активный, деятельностный человека К. Маркса, «сверхчеловек» Ф. Ницше, Богочеловек Н.Бердяева, бунтующий человек А. Камю, «выс¬шая индивидуальность» Л. Карсавина и другие варианты транс¬ценденции человека, представленные в современной философ¬ской антропологии, вопреки всем имеющимся концепту¬альным различиям.
Состояние неудовлетворенности существующей социальной реально¬стью и своим положением в ней, зачастую, не ограничивается ворчанием и «строительством воздушных замков», хотя исключать такое проявление недовольства, очевидно, не стоит. Однако в большинстве случаев неудовлетворенность мотивирует человека на многообразную практико-преобразующую деятельность, в ходе которой, цитируя К. Маркса, «человек удваивает себя не только интеллектуаль¬но, как это бывает в сознании, но и реально, деятельностно, и созерцает себя самого в созданном им мире».
Важно упомянуть об оказании влияния антропологических идей на построение подъема человека как субъекта деятельности на всю культуру двадцатого столетия, так, свойственное науке и искусству формулирование задачи самостоятельности, индивидуаль¬ности, самоуважения человека не может быть отделено от антро¬пологических трудов философии XIX века, включая марксизм.
