Онлайн поддержка
Все операторы заняты. Пожалуйста, оставьте свои контакты и ваш вопрос, мы с вами свяжемся!
ВАШЕ ИМЯ
ВАШ EMAIL
СООБЩЕНИЕ
* Пожалуйста, указывайте в сообщении номер вашего заказа (если есть)

Войти в мой кабинет
Регистрация
ГОТОВЫЕ РАБОТЫ / ДИССЕРТАЦИЯ, КУЛЬТУРОЛОГИЯ

Агональный дискурс как междисциплинарный феномен

baby_devochka 2160 руб. КУПИТЬ ЭТУ РАБОТУ
Страниц: 72 Заказ написания работы может стоить дешевле
Оригинальность: неизвестно После покупки вы можете повысить уникальность этой работы до 80-100% с помощью сервиса
Размещено: 10.05.2022
Объектом исследования послужил англоязычный агональный дискурс в онлайн среде социальных сетей. Предметом исследования является агональность как популярный тип поведения подростков, молодежи в онлайн среде социальных сетей и лексико-синтаксические средства его объективации в английском языке. Цель исследования – описать специфику агонального поведения пользователей интернет-сообщества в сравнении двух лингвокультур. Достижение данной цели предполагает решение ряда практических задач: 1. систематизация информации о «дискурс», «агональный дискурс» и «агональность», 2. уточнение понятий «дискурс», «агональный дискурс» и «агональность», 3. описание, анализ структурно-семантических, семиотических и функциональных особенностей средств агональной коммуникации в Интернете и их систематизация, 4. выявление схожести и отличий в использовании вышеупомянутых средств в русскоязычных и англоязычных социальных сетях. Теоретической основой исследования являются труды современных отечественных и зарубежных лингвистов, посвященные дискурсу, интернет-дискурсу, компьютерно-опосредованной коммуникации и агональности, в том числе как одному из средств коммуникации. В исследовательский материал вошли ключевые труды отечественных и зарубежных лингвистов, таких как И.В. Арнольда, Н.Д. Арутюнова, Т.А.Ван Дейка, В.И. Карасика, М.М. Маковского, М.И. Откупщиковой, Л.Н. Синельниковой, Е. И. Шейгал, А. В. Ярового, M. Zappavigna и др . Методы исследования. Для решения поставленных нами задач в данной работе проводился этимологический и словообразовательный анализы, были использованы метод сплошной выборки, а также описательный, компаративный и аналитический методы. Структура работы. Данная магистерская диссертация состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованной литературы. В первой главе рассматриваются теоретические аспекты понятий «дискурс» и «агональность». Вторая глава является практической. В ней анализируются примеры агональной коммуникации в социальных сетях, а также выявляются сходства и различия в лескике и стилистике общения на примере сравнения англоязычной и русскоязычной культур.
Введение

Интернет-дискурс является одним их наиболее молодых видов дискурса и подвержен постоянному и быстрому развитию и изменениям. В нем можно наблюдать столкновение и смешение текстов, принадлежащих разным жанрам и видам дискурса, разных культур и слоев населения из разных уголков мира, поскольку язык каждой социальной, культурной группы тесно связан с нашими реалиями, нашей культурой и жизнью и несет в себе индивидуальные особенности каждого и культурные ценности в общем - художественная и научная литература, кино, фольклор, пословицы и поговорки. Следует отметить яркую тенденцию к визуализации, креолизации текстов и использованию семиотически осложнённых форм. Нельзя забывать и о ряде социальных и культурных факторов, влияющих на развитие и формирование интернет-дискурса. На наш взгляд, особый интерес для лингвистов представляет понимание того, на каком же «языке» общается современное интернет-сообщество. Поэтому в наше время крайне важно проводить описание, систематизацию и анализ всех особенностей столь быстро развивающегося и изменяющегося вида дискурса и способов его выражения. Интернет-дискурс является новой языковой реалией и обслуживает уникальную сферу коммуникации - Интернет. Этот вид дискурса мгновенно реагирует на бурно развивающиеся и изменяющиеся технические и социальные тенденции, осваивая новые языковые реалии. Благодаря невероятному разнообразию, сложности и многогранности интернет-дискурса, многие темы пока остаются без должного внимания. Среди них: влияние интернет-дискурса на нормативный язык, описание и систематизация различных жанров интернет-дискурса. Данная дипломная работа посвящена изучению такого специфического жанра компьютерно-опосредованной коммуникации, как агональный дискурс, на примере комментариев пользователей различный социальных сетей. Выбор темы дипломной работы обусловлен возрастающим интересом со стороны исследователей в области лингвистики к компьютерно-опосредованной коммуникации. Более того, в наше время большинство конфликтов приходится на социальные сети, и рассматривать агональный, соревновательный аспект данного общения стоит именно через комментарии и реакции людей в соц. сетях. Всё это и обусловило актуальность данного исследования. Нам необходимо понимать, как русский Интернет-дискурс перенимает и перерабатывает опыт англоязычного сетевого общения, а также формирует свои способы интернет-коммуникации, основываясь на собственном и межкультурном опыте коммуникации. Поэтому в фокусе нашего исследования находится описание и анализ структурно-семантических, семиотических и функциональных особенностей агональной коммуникации, троллинга и их систематизация. Материалом исследования послужили комментарии пользователей социальных сетей Вконтакте, Facebook, Instagram и Twitter. Данная работа направлена на выявление, анализ, сравнение и описание стратегий и тактик как способов агональной коммуникации в социальных сетях. Мы находим все это необходимым, поскольку в целом для языкознания, как науки, необходимо понимание того, на каком же «языке» общается современное интернет-сообщество, и как проявляется агрессия в соц. сетях, если рассматривать её с позиции лингвистики.
Содержание

Введение 3 Глава 1. Терминологические основы исследования 7 1.1. Дискурс как объект лингвистики 7 1.2. Историческое изменение понятия агональности 17 Выводы по главе 1 23 Глава 2. Агональная коммуникация и способы её передачи интернете 24 2.1. Реализация агональности в современных интернет-сетях 24 2.2. Исследование агональности в русскоязычных соцсетях 31 2.3. Исследование агональности в англоязычных соцсетях 41 2.4. Сравнительный анализ исследования 53 Выводы по главе 2 61 Заключение 63 Список использованной литературы 67
Список литературы

1. Алимурадов О.А. Глобальный смысл: природа, специфика порождения и интерпретации на уровне текста // Номинация и дискурс: материалы докл. междунар. науч. конф. – Минск, 2006. – С. 3–5. 2. Арнольд И.В. Лексикология современного английского языка: учеб. пособие. 2-е изд., перераб. – М.: ФЛиНта: Наука, 2012. – 210 с. 3. Арутюнова Н. Д. Дискурс / Лингвистический энциклопедический словарь. – М.: Советская энциклопедия, 1990. – С. 136–137. 4. Бабенкова Е. А. Текстовое пространство инаугурационной речи в аспекте междискурсивного взаимодействия (на материале английского языка) // Теоретические и прикладные аспекты изучения речевой деятельности. – 2011. – №6. – С. 35–40. 5. Баранов А.Н., Плунгян В.А., Рахилина Е.В., Кодзасов С.В. Путеводитель по дискурсивным словам русского языка. – М., 1993. 6. Белл Р.Т. Социолингвистика. Цели, методы и проблемы. – М., 1980. – 156 с. 7. Бенвенист Э. Формальный аппарат высказывания. Общая лингвистика. – М., 1974. – С. 292–293. 8. Бессонова Л.Е. Коммуникативные аспекты политического дискурса // Ученые записки Таврического национального университета им. В.И.Вернадского. Серия Филология. Социальные коммуникации. – 2003. – Т.16 (55), №1. – С. 22–27. 9. Бисималиева М.К. О понятиях «текст» и «дискурс» // Филологические науки. – 1999. – №2. – С. 78-86. 10. Болдырева, А.А. Кашкин В.Б. Особенности выражения авторского «я» в научном дискурсе (на материале английских и русских письменных текстов) // Язык, коммуникация и социальная среда: сб. науч. тр. – Воронеж: Воронеж. гос. ун-т., 2002. – Вып. 2. – С. 99–108. 11. Борботько, В. Г. Элементы теории дискурса / В. Г. Борботько. – Грозный : Изд-во Чечено-Ингуш. гос. ун-та, 1981. – 112 с. 12. Ван Дейк Т.А., Кинч В. Стратегия понимания связного текста. Новое в зарубежной лингвистике. – М.: Прогресс, 1988. – Вып. 23. – C. 153–211. 13. Ван Дейк Т.А. Язык, познание, коммуникация. – М.: БГК им. И. А. Бодуэна де Куртенэ, 2000. – 308 с. 14. Виноградов В.В. О языке художественной прозы. – М.: Наука, 1980. – 362 с. 15. Воронцова Т.А. Троллинг и флейминг: речевая агрессия в интернет-коммуникации // Вестник Удмуртского университета. Серия «История и филология». 2016. – №2. – С. 109–116. 16. Гаспаров Б.М. Язык, память, образ. Лингвистика языкового существования. – М., 1996. – 352 с. 17. Егорова М.А. Отклики и оценочные комментарии при компьютерно-опосредованной коммуникации. // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. – 2014. №2. – С. 15–20. 18. Ершов, В. А. Агональное как предмет социально-философского исследования : автореф. дис. … канд. филос. наук. – М., 2007. 19. Загоруйко И. Н. Интернет-дискурс в современном коммуникационном пространстве // Вестник Костромского государственного университета. –2012. –№3. – С. 56–60. 20. Иванова О.В. Особенности иноязычной коммуникации в социальных сетях // Языки. Культуры. Этносы. Формирование языковой картины мира: филологический и методический аспекты. – 2015. – № 1. – С. 240–247. 21. Исаева А. Ю., Акимцева Ю. В., Грекова Д. М. Лингвистические особенности сетевого общения (на материале англоязычных комментариев в социальных сетях Facebook и Instagram) // Известия ВГПУ. – 2020. – №2. 22. Исхаков И.И. Особенности проявления кибербуллинга в социальных сетях // Ученые записки Казанского юридического института МВД России. – 2017. – №3. 23. Калашникова, Н. К. Агональные основы культуры донского казачества : дис. … канд. филос. наук. – Ростов н/Д, 2005. – C. 16. 24. Караваева Е.М. Положительное воздействие социальных сетей на развитие английского языка // Филологические науки в МГиМо. – 2017. – № 1(9). – С. 23–28. 25. Карасик В.И. О типах дискурса // Языковая личность: институциональный и персональный дискурс: сб. науч. тр. – Волгоград: Перемена, 2000. – С. 5–20. 26. Карасик В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. – Волгоград: Перемена, 2002. – 480 с. 27. Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. – М.: Наука, 1987. – 264 с. 28. Караулов Ю.Н., Петров В.В., Ван Дейк Т.А. От грамматики текста к когнитивной теории дискурса: вступ. Статья. Язык. Познание. Коммуникация. – М.: Прогресс, 1989. – С. 5–11. 29. Касавин И.Т. Дискурс-анализ как междисциплинарный метод гуманитарных наук // Эпистемология & философия науки: научно- теоретический журнал по общей методологии науки, теории познания и когнитивным наукам / ред. И.Т. Касавин. – 2006. – Т. 10, No4. – С. 5–17. 30. Кубрякова Е.С., Александрова О.В. Виды пространства, текста и дискурса. Категоризация мира: пространство и время: материалы научной конференции. – М.: Диалог-МГУ, 1997. – С. 19–20. 31. Купина Н.А. Смысл художественного текста и аспекты лингвосмыслового анализа. – Красноярск, 1983. – 38 с. 32. Крылова М. Н. Язык современного интернет-общения (на материале интеллектуального контента социальной сети «ВКонтакте») //Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. – 2019. – №1. – С. 128–137. 33. Леонтьев А.А. Теория речевой деятельности. – М., 1968. – 271 с. 34. Лиотар Ж.-Ф. Состояние постмодерна. – СПб., 1998. – C. 160. 35. Лотман Ю.М. Семиотика культуры и понятие текста // Учен. зап. Тарт. гос. унта. – Тарту, 1981. – Вып. 515. – С. 3-7. 36. Макаров М. Л. Основы теории дискурса / М. Л. Макаров. – М.: ИТДГК «Гнозис» , 2003. – 280 с. 37. Маклюэн Г.М. Понимание Медиа: Внешние расширения человека / пер. с англ. В. Николаева; закл. ст. М. Вавилова. – М.: Жуковский: «КАНОН-пресс-Ц», «Кучково поле», 2003. – 464 с. 38. Маковский М.М. Современный английский сленг: онтология, структура, этимология. 2-е изд. М.: Лки, 2007. 39. Николаева, Т. М. Краткий словарь терминов лингвистики текста [Текст] / Т. М. Николаева // Новое в зарубежной лингвистике, вып. VIII, Лингвистика текста. – М.: Прогресс, 1978. – 479 с. 40. Ницше Ф. Гомеровское состязание // Философия в трагическую эпоху. – М., 1994. – 253 с. 41. Орлов, Г. А. Современная английская речь [Текст] / Г. А. Орлов. – М.: Высшая школа, 1991. – 240 с. 42. Орлянский С.А. Трансформация образа мужчины в современной культуре: дисс. … канд. философ. наук. – Ставрополь, 2004. 43. Откупщикова М.И. Синтаксис связного текста. Л., 1982. 44. Пиккарайнен М. Институциональные роли участников общения на российском телевидении. – Хельсинки: Helsingin yliopisto, 2008. – 178 c. 45. Попова Е.С. Текст и дискурс: дифференциация понятий // Молодой ученый. – 2014. – №6. – C. 641-643. 46. Прокофьева А. В. Развитие дискурса интернет-пространства на современном этапе и особенности его языковой организации // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика. – 2017. – №5. – С. 85–96. 47. Рекутина Н.В.Агонистика Античной Греции в архаическую и классическую эпохи. – Омск : изд-во СибГУФК, 2006. – 239 с. 48. Ромашко С.А. Смертельные игры: агон и агония. Логический анализ языка: концептуальные поля игры / H.Д. Арутюнова. – М., 2006. 49. Русакова О.Ф. Современные теории дискурса: опыт классификаций // Современные теории дискурса. Мультидисциплинарный анализ (серия «Дискурсология»). – Екатеринбург: Издательский Дом «Дискурс-Пи», 2006. – С. 11-30. 50. Серио П. Как читают тексты во Франции. Квадратура смысла: Французская школа анализа дискурса / пер. с фр. и португ. – М.: Прогресс, 1999. – 416 с. 51. Сидоренко А. В. Реализация агональности в современном англоязычном деловом дискурсе / А. В. Сидоренко // Вестник Ленинградского государственного университета им. А.С. Пушкина. – Вып. 3. – Т. 1. – 2015. – С. 150–157. 52. Синельникова Л.Н. Дискурс троллинга // Дискурс-Пи. – 2016. – №3–4. 53. Сиротинина О.Б. О терминах «разговорная речь», «разговорность» и «разговорный тип речевой культуры». Лики языка. – М., 1998. – С. 348–354. 54. Слюсарева Н.А. Проблемы функционального синтаксиса современного английского языка: монография. – М.: Наука, 1981. – 61 с. 55. Соколова Е.?П. Агрессивные тенденции в российских СМИ как проявление особенностей политической культуры // Вестник СПбГУ. – 2010. – Сер. 9. – Вып. 4. – С. 274–280. 56. Солдатова Г. У., Чигарькова С. В., Львова Е. Н. Онлайн-агрессия и подростки: результаты исследования школьников Москвы и Московской области // Эпоха науки. – 2017. – №12. 57. Стернин И.А. Контрастивная лингвистика. – Воронеж: Истоки, 2004. – 183 с. 58. Тетерлева Е.В., Портнова И.В. Грамматические особенности англоязычных комментариев в социальной сети Instagram // Проблемы романогерманской филологии, педагогики и методики преподавания иностранных языков. – 2018. – № 14. – С. 91–94. 59. Тер-Минасова С.Г. Язык и межкультурная коммуникация. – М.: Слово/Slovo, 2000. – 624 с. 60. Тупикова С.Е. Вербальная агрессия как коммуникативно-прагматическое явление в англоязычных социальных сетях // Иностранные языки в контексте межкультурной коммуникации. – 2021. – №XIII. 61. Тюрина С.Ю. Дискурс как объект лингвистического исследования. – Владимир, 2008 // http://www.vfiiglu.wladimir.ru/files/netmag/v3/arll.doc. 62. Фетисова Т.А. Агрессивное поведение в Интернет- коммуникации. Обзор // Вестник культурологии. – 2018. – №4 (87). 63. Хёйзинга Й. Ноmо Ludens // Хёйзинга, Й. Статьи по истории культуры. – М., 1997. – C. 63. 64. Холодковская Е.В. Особенности синтаксиса англоязычного интернет-комментария социальной сети Facebook // Вестник Волгор. гос. ун-та. Сер. 2: языкознание. – 2014. – № 1. – С. 79–83. 65. Цыцулина С. Г. Особенности реализации стратегии аргументации в рамках агональной коммуникации / С. Г. Цыцулина // ВестникЧГПУ. Философия и искусствоведение. – 2009. – №12. – С. 280–289. 66. Шейгал Е. И. Агональность коммуникации: структура понятия / Е. И. Шейгал, В. В. Дешевова // Вестник Челябинского государственного университета. Филология. Искусствоведение. – 2009. – Вып. 36. – С. 145– 148. 67. Шуженова, Аида. Речевая агрессия в интернет-комментариях (на материале соцсетиInstagram) / Аида Шуженова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. – 2018. – № 18 (204). – С. 473-475. 68. Яровой А. В. Агональное пространство в русской культуре: (по материалам Задонья, конец XIX- начало XX в.) автореф. дис. на соиск. учен. степ. к.социол.н. спец. 24.00.01. – Ростовн/Д., 2003. – 22 с. 69. Яровой А. В. Социокультурные проекции агональности: дис. ... докт. филос. наук / А. В. Яровой. – Ростовн/Д., 2012. – 298с. 70. Burckhardt Jacob. Griechische Kulturgeschichte: Bd. 1. – Berlin/Stuttgart, 1898. 71. Buyssens E. Les langages et le discours. Essai de linguistique fonctionnelle dans le cadre de la semiologie. – Bruxelles: Office de publicite, 1943. 72. Kempson M. Ruth. Semantic Theory / Ruth M. Kempson. – Cambridge University Press, 1977. – 219 p. 73. Schiffrin D. Approaches to Discourse / D. Schiffrin. – Oxford : Blackwell, 1994. – 470 p. 74. Zappavigna M. Discourse of Twitter and Social Media: How We Use Language to Create Affiliationon the Web. – New York: Continuum, 2012. – 240 с.
Отрывок из работы

Глава 1. Терминологические основы исследования 1.1. Дискурс как объект лингвистики В конце XX века изучению такого явления, как дискурс, характерной чертой которого является междисциплинарность, посвятили свои работ многие исследователи. Благодаря всестороннему изучению дискурса ученым удалось определить соотношение дискурса и текста, дискурса и речи, а также решить ряд научных проблем, к числу которых можно отнести структуру, функции дискурса и. т.д. . Будучи лингвистической категорией, дискурс тесно связан с такими понятиями, как речь и текст. Дискурс – сложный, многоаспектный объект исследования, изучению которого посвящены труды зарубежных ученых: Э. Бенвениста, З. Харриса, М. Фуко. Э. Бенвенист понимал под дискурсом речь, присваиваемую говорящим, противопоставляя ее объективному повествованию . Однако многие вопросы теории и анализа дискурса до сих пор остаются недостаточно изученными. Впервые понятия текст и дискурс разграничил Т.А. ван Дейк в своем трактате «Стратегии понимания связного текста» . Позднее исследователи начали разграничивать текст и речь в контексте дискурса. Включив категорию ситуация, европейские лингвисты пытались дифференцировать взаимозаменяемые понятия текст и дискурс. Дискурс трактовался как «текст плюс ситуация», а текст, соответственно, определялся как «дискурс минус ситуация» . Некоторые ученые трактуют дискурс как интерактивный способ речевого взаимодействия . Концептуальный анализ понятий текст и дискурс, применяемый в современной лингвистике, свидетельствует об их тесной взаимосвязи. В конце прошлого столетия анализ дискурса предстает как новое направление, именно в это время всесторонне исследуются различные аспекты. В целях развития анализа дискурса наибольший интерес представляют коммуникативный аспект текста, а также прагматика текста. Стоит отметить, что анализ дискурса предполагает использование материала, методы и подходы других дисциплин. Таким образом, анализ дискурса вносит значительный вклад в развитие смежных дисциплин. Значительные предпосылки для анализа дискурса были созданы в теоретической, описательной и прикладной лингвистике. Именно в лингвистике этот термин впервые стал применяться в качестве самостоятельной категории. Принято считать, что термин дискурс ввел в научный лингвистический оборот бельгийский ученый Э. Бюиссанс в своей работе «Язык и дискурс», опубликованной в Брюсселе в 1943 г . Если лингвистический анализ текста при анализе дискурса имеет объектом фонетические, лексические, морфологические, синтаксические, стилистические, текстообразующие особенности языковых единиц текста, если анализ коммуникативного процесса рассматривает такие единиц, как акт, ход, обмен, трансакция, речевое событие, то механизм их взаимодействия и взаимовлияния окончательно еще не определен . В бинарную оппозицию «язык / речь» Бюиссанс включил третий член – дискурс, под которым подразумевался механизм перевода языка как знаковой системы в живую речь. О «размытости категории» дискурса говорил Т.А. ван Дейк и объяснял это как условие формирования и бытования данного термина, так и неопределенностью места дискурса в системе категорий языка . Представители различных наук дают свою трактовку термину дискурс, исходя из собственных исследовательских позиций. По мнению О.Ф. Русаковой, в настоящеее время происходит формирование новой научной дисциплины – дискурсологии . В.В. Виноградов и Г.О. Винокуров в своих трудах высказывают мнение о том, что дискурс вначале был сходен с термином функциональный стиль . Как отмечает В.И. Карасик: «понятие «дискурс» стало шире понятия «язык» . Дискурс является центральным моментом человеческой жизни «в языке». Б.М. Гаспаров дает языковому существованию следующее определение: «Всякий акт употребления языка – будь то произведение высокой ценности или мимолетная реплика в диалоге – представляет собой частицу непрерывно движущегося потока человеческого опыта. В этом своем качестве он вбирает в себя и отражает уникальное стечение обстоятельств, при которых и для которых он был создан» . К таким обстоятельствам относятся: 1) коммуникативные намерения автора; 2) взаимоотношения автора и адресатов; 3) всевозможные «обстоятельства», значимые и случайные; 4) общие идеологические черты и стилистический климат эпохи в целом и той конкретной среды и конкретных личностей, которым сообщение прямо или косвенно адресовано, в частности; 5) жанровые и стилевые черты, как самого сообщения, так и той коммуникативной ситуации, в которую оно включается; 6) множество ассоциаций с предыдущим опытом, так или иначе попавших в орбиту данного языкового действия . Человеческий опыт органически включает этнокультурные модели поведения, реализующиеся осознанно и бессознательно, а также находят многообразное выражение в речи и кристаллизуются в значении и внутренней форме содержательных единиц языка. С позиции лингвистики речи дискурс – это процесс живого вербализуемого общения, характеризующийся множеством отклонений от канонической письменной речи. Отсюда внимание к степени спонтанности, завершенности, тематической связности, понятности разговора для других людей. Моделируя разговорную речь, О.Б. Сиротинина противопоставляет 1) тексты, отвечающие всем признакам текстовой структуры (в качестве примера приводится рассказ, который неоднократно повторяется рассказчиком), 2) оборванные тексты, характеризующиеся незаконченностью, тематической аморфностью . 3) текстоиды (по И.А. Стернину), которые не имеют строгого членения на части, принципиально не завершены, более спонтанны, чем другие виды текстов, рассчитаны на активного слушателя, тематически разъяты (темы возникают по ходу реализации текста) , 4) разговоры (по Н.А. Купиной) , в которых развитие темы прослеживается с трудом, а прямая диалогичность, т.е. смена ролей говорящего и слушающего, является обязательной, 5) дискурсы, являющиеся нетекстовой реализацией разговорной речи и отличающиеся нечеткостью деления на части, господством ассоциативных связей, полной спонтанностью и непонятностью для посторонних . Из вышеизложенного следует, что понятие дискурс, возникновение которого связано с выходом лингвистических исследований в область сверхфразового синтаксиса, означает комплексную единицу, состоящую из последовательности предложений, объединенных логическим, смысловым типом связности. Иначе говоря, «дискурс – это языковая единица высшего уровня, обладающая структурной, функциональной спецификой» . Многозначность термина порождает проблему места дискурса по отношению к речи, языку и тексту. В.В. Петров, Ю.Н. Караулов рассматривают дискурс как сложное коммуникативное явление, включающее помимо текста еще и экстралингвистические факторы (знания о мире, мнения, установки, цели адресанта), которые необходимы для понимания текста . В.И. Карасик трактует дискурс как «текст, погруженный в ситуацию общения» . Соотношение текста и дискурса также определяется «местом в системе категорий коммуникации». Дискурс здесь порождается через понятие «текст» (хотя в чистом виде не является текстом), а также через понятие «речь». Подобная трансформация возможна благодаря созданию «определенного коммуникативного пространства, в котором происходит коммуникативное событие, порождающее текст» . Собственную дефиницию термина предлагает Н.Д. Арутюнова. Дискурс определяется как «связный текст в совокупности с экстралингвистическими – прагматическими, социокультурными, психологическими и др. факторами; текст, взятый в событийном аспекте. Дискурс – это речь, «погруженная в жизнь». Поэтому термин дискурс, в отличие от термина текст, не применяется к древним текстам, связь которых с живой жизнью не восстанавливаются непосредственно» . Большинство исследователей склонны исследовать дискурс и текст с точки зрения парадигмы единиц языка и речи. С этой позиции дискурс – единица речи, так как является актуальным речевым действием, а текст – единица языка, как абстрактная грамматическая структура произнесенного. Так, Е.С. Кубрякова и О.В. Александрова понимают под дискурсом «именно когнитивный процесс, связанный с реальным речепроизводством, созданием речевого произведения, текст же является конечным результатом процесса речевой деятельности, выливающимся в определенную законченную (и зафиксированную) форму. Текст может трактоваться как дискурс только тогда, когда он реально воспринимается и попадает в текущее сознание воспринимающего его человека» . Языковая динамика в дискурсе определяется через понятие речь. Дискурс рассматривается как процесс языковой деятельности, а текст является результатом речевой деятельности. Следовательно, дискурс есть динамический процесс, частью которого является текст. Согласно М.К. Бисималиевой, термин дискурс чаще всего используется во французском и английском языках, тогда как в немецком языке распространен термин текст . Однако, несмотря на все терминологические и содержательные различия, главным, как отмечает Н.А. Слюсарева, является то, что «... при использовании любого из терминов текст и дискурс во всех случаях говорится об изучении языка в его живом употреблении, функционировании...» . Из-за сложности и многоаспектности изучение термина дискурс не привели к полноценным теоретическим обобщениям и выводам. Речевая деятельность интересует и схожие с лингвистикой области знания, такие как психология, социология, культурология. Дискурс обладает универсальными специфическими свойствами, главными из которых являются целостность и связность. Смысловая целостность дискурса состоит из семантически-структурных компонентов. «Для говорящего глобальный смысл представляет собой целостный объем информации, генерируемый им в ходе коммуникативного процесса, предназначенный для передачи слушающему» . Наличие одного и более партнеров по коммуникации является главной особенностью диалогического дискурса. В данном случае, в роли адресата дискурса может выступать языковая личность, исполняющая любую коммуникативную роль (слушающий, читатель, посторонний слушающий, подслушивающий и.т.п.), на которого ориентировано речевое воздействие. Дискурс процессуален. Признаки процессуальности и интерсубъективности отражены в определении «речевая деятельность» . Диалог – это двусторонние отношения. Два коммуниканта работают, чтобы понять друг друга. Оба пытаются понять обсуждаемую тему. Кроме того, диалог – реальное действие в целях получения информации. Результативность взаимодействия зависит от реплик. На основании различных концепций прагмалингвистики и социолингвистики ученый Р. Белл выделяет следующие категории дискурса: участники общения (статусно-ролевые и ситуативно-коммуникативные характеристики); условия общения (сфера общения, хронотоп, коммуникативная среда); организация общения (мотивы, цели и стратегии, развертывание и членение, контроль общения и вариативность коммуникативных средств – вербальных и невербальных); способы общения (канал связи и режим, тональность, стиль и жанр общения) . В свою очередь, франко-швейцарский лингвист и культуролог П. Серио выделил восемь категориальных признаков дискурса, данный фактор позволяет рассматривать этот лингвистический феномен как «язык в живом общении» и связь с «человеком говорящим». Изыскания ученого П. Серио легли в основу понимания дискурса в европейской и русской научных школах . Как правило, при изучении дискурса лингвисты применяют следующие подходы: психолингвистический, текстологический, лингвокультурологический, социолингвистический, прагмалингвистический. Категорию дискурс относят к особому роду научных терминов, которые Ю.М. Лотман называет знаками эвристического пространства науки. Они парадоксальны, по сути: с одной стороны, «лавинообразный рост их частотности в научных текстах сопровождается утратой необходимой однозначности», с другой – «они сигнализируют актуальность проблемы, указывают на область, в которой рождаются новые научные идеи» . Согласно М.Л. Макарову, «смена парадигм основывается на принятии принципиально новой онтологии социально-психологического, человеческого гуманитарного мира, противопоставляемой традиционной онтологии материального физического мира» . Современные исследователи языка, представляющие разные научные направления и концепции, по-разному интерпретируют термин дискурс. Появление смежных дисциплин обусловлено смещением интересов языкознания в сферу языковой коммуникации (лингвокультурологии, лингвопалеонтологии, когнитивной, психо-, этно-, прагма-, социо- и других направлений лингвистики). Предметом изучения дискурса последних лет является человеческий язык – «главная «образующая» образа мира человека» , средство общения и хранитель культурных ценностей – в лексике, в грамматике, в идиоматике, в паремиологии, в фольклоре, в художественной и научной литературе, в устной и письменной речи . В современной лингвистике ученые исследуют дискурс с различных позиций. В.И. Карасик дает этому термину следующие определения: динамическая модель языка, основанная на коммуникации, превалирует над статистической; ситуативное коммуникативное общение рассматривается в культурном контексте; центральная роль в коммуникативной ситуации принадлежит людям, а не средствам общения; коммуникация включает докоммуникативную и посткоммуникативную стадии; текст как продукт коммуникации имеет несколько измерений, главными из которых являются его порождение и интерпретация . Данный термин интерпретируют следующим образом: дискурс как сложное коммуникативное явление, «текст, взятый в событийном аспекте», «речь, «погруженная в жизнь» предполагает наличие диалога между партнерами по коммуникации, ибо последний является естественным проявлением активности «языковой личности» . Появление компьютерно-опосредованного типа дискурса связано с развитием современных электронных средств коммуникации. Данный тип дискурса основан на электронном способе коммуникации, который включает в себя общение на форумах, в чатах, социальных сетях, посредством смс и т.д. и характеризуется мимолетностью, неформальностью, применением графических способов передачи сообщений. Компьютерно-опосредованным дискурсом\интернет-дискурсом одновременно является: • процесс коммуникации в интернет-среде с учетом экстралингвистических факторов (психологических, социокультурных, ситуативных и др.) • результат в виде фиксированного событийной речи\текста\звука, сохраняющей в себе влияние экстралингвистических факторов (психологических, социокультурных, ситуативных и др.). Наши представления об общении активно изменяются под влиянием стремительно развивающейся компьютерно-опосредованной коммуникации (англ. computer-mediated communication). Трудно не отметить, что подобные изменения всегда существовали на протяжении всей многовековой истории человечества. Мы начинали от простейшей наскальной живописи, как средства выражения себя, проявления искусства и как способа передачи данных. Мы прошли сквозь века с изобретением письменности, книгопечатанием, формированием почтовой службы, телеграммами, телефонией, смс, созданием интернета, локальных сетей, электронной почты, чартов, форумов, социальных сетей. Мы являемся очевидцами глобальной виртуализации всех средств коммуникации и, как следствие, экспоненциального роста и развития скорости, объема, качества и способов передачи данных. И мы не можем не согласиться с тем, что это «неизменно влечет за собой социальные изменения как в масштабе личности, так и в масштабе всего общества» . 1.2. Историческое изменение понятия агональности Агональность относится к числу универсалий культуры: «Агон представляет собой универсальное качество культуры, заключающееся в состязательности, вытекающей из потребности присваивать, сделать своим иное пространство» . Идея агональности является одним из возможных вариантов современного философского синтеза системности и диалектики . Согласно Й. Хейзинге, понятие «агональное» («агон») означает состязание, игру. Агон устраняет все тягости, связанные с жизнью, мыслями и поступками; агон охватывает такую важную область древних обществ, как игровое состязание и поединок . Ф. Ницше говорит об «агональном воспитании, целью которого было бы благо совокупности, благо государственного общества» . Ж.-Ф. Лиотар рассматривает языковые акты как проявление агонистики жизни . Н.К. Калашникова замечает: «Агон представляет собой универсальное качество культуры, заключающееся в состязательности, вытекающей из потребности присваивать, сделать своим иное пространство» . Изначально агональность ассоциировалась с эллинской культурой. Необычайное значение агонального фактора в общественной и культурной жизни античной Греции привлекает особое внимание социологов, этнологов, историков культуры, искусствоведов. Понятие «агональное» было образовано известным швейцарским ученым и философом культуры Якобом Буркхардтом в 1860 году для обозначения одного из наиболее характерных признаков греческой культуры – ее соревновательного начала (Буркхардт 1906) . Понятие “агональное” восходит к древнегреческому слову “????”, первоначально означавшему “собрание”, “место собрания”, позднее оно получило значение “состязание”. К древнегреческому слову «????» восходит и понятие «????????к?» (агонистика), означающее в древнегреческом языке “искусство” состязания или борьбы. В современном смысле понятие «агонистика» используется для обозначения сферы древнегреческих общественных состязаний, имевших сакральный характер. В этом значении понятие «агонистика» близко к понятию «спорт», однако понятие «агонистика» более точно передает семантическую нагрузку древнегреческого состязания и его связи с другими формами эллинской культуры. Сакральное состязание эллинов, обозначаемое словом «агон», невозможно отделить от взаимосвязи «игра – праздник – сакральное действо». Агональность – это стремление к тому, чтобы доказать своё превосходство во всех областях, поэтому греки соревновались как в физических видах спорта (Олимпийские игры), так и в поэзии и театральных постановках. Агон занимал в эллинской культуре и повседневной жизни каждого эллина чрезвычайно важное место, что нашло свое отражение и в языке эллинов, в котором область игровых состязаний и поединков обозначается словом «агон» и не совпадает с понятием «игра» в современных языках . Проведенные С.А. Ромашко исследования этимологии словаagonпоказывают, что оно является производным от глаголаago (лат.), первоначальное значение которого «гнать скотину». Древние греки, как и индоевропейцы, были скотоводами, поэтому данный род деятельности играл важную роль в их жизни. У Гомера можно найти наименование предводителей греков и троянцев «пастухами людей», которые «гонят», т.е. направляют своих воинов. Первоначальноagonозначал толпу собранных («согнанных») вместе людей, затем это слово стало обозначать определенную разновидность толпы — публику, зрителей, собравшихся смотреть публичные состязания-игры. «Далее словоagonстало обозначением и самих игр-состязаний разного рода:agongumnikos «гимнастические состязания-игры»,agonhippikos «конные состязания-игры»,agonmousikos «мусические состязания»» . Дальнейшее обобщение семантики состязания привело к тому, что словоagonмогло уже обозначать борьбу, противоборство вообще (ср. греческое устойчивое выражение «psukhesagon» – борьба не на жизнь, а на смерть). Более конкретным случаем противоборства выступала судебная тяжба, игравшая немаловажную роль в жизни греков (ср. греческое устойчивое выражение «eisagonakathistanai tina» – привлекать кого-либо к суду). Таким образом,agonмог обозначать словесные дебаты, спор, составлявшие основу судебного разбирательства в традиции греческой демократии. Наконец, в более поздних текстахagonмог обозначать обеспокоенность, смятение духа; не исключено, что такое развитие семантики слова происходило под влиянием родственногоagonia.В нашем исследовании мы хотели бы более четко развести эти два понятия. Как отмечает С.А. Ромашко, «первоначально оба однокоренных слова,agonиagoniaиспользовались в значении «борьба, состязание, гимнастика». Далее словоagoniaприобрело переносное значение, обозначающее определенное состояние души: «душевная борьба, душевное смятение, тревога», т.е. данным словом обозначалось любое состояние, связанное с любой резкой неожиданной сменой восприятия, с серьезным нарушением душевного равновесия» . Понятие стресса может служить современной аналогией тому, что древние греки называлиagonia. Интересным для нас представляется тот факт, что решающим для последующей истории словаagoniaоказалось его словоупотребление в евангельских текстах, в которых описываются последние часы Иисуса перед тем, как он был схвачен и распят. В Гефсиманском саду Иисус в последний раз вопрошает об изменении судьбы. В его молении с помощью словаagoniaописывается состояние человека, глядящего в глаза смерти. Особый статус евангельского текста в раннехристианской и позже средневековой европейской культуре привел к тому, что этого единственного словоупотребления было достаточно, чтобы словоagoniaпрочно закрепилось в латинской лингвокультуре. Данный евангельский эпизод стал известным в западноевропейской теологии какagonia Domini («агония Господа»). «Завершение перехода слова agonia и соответствующего понятия в общелитературное употребление в текстах на новоевропейских языках (в соответствующем фонетическом и орфографическом оформлении) происходит в барочной литературе» , а также в других направлениях литературы, значительную роль в которых играет тема смерти и предсмертного состояния. Возникший с конца XIX в. метафорический перенос понятия «агонии» как патологического состояния чего-либо в общественной жизни (государства, учреждения, социальной группы и т.п.), последних (конвульсивных) проявлений накануне распада, прекращения существования чаще всего стал употребляется в европейских языках и в настоящее время. Если первые случаи употребления словаagonв текстах Гомера относятся к первой половине I тысячелетия до н.э. (хотя не исключено, что само слово употреблялось в устном обиходе уже гораздо раньше), то развитие семантики следует рассматривать на протяжении почти трех тысяч лет. На сегодняшнем этапе можно представить длинную цепочку соответствующих смысловых переходов, которая привела к расхождению понятий агональность и агония: а) гнать, погонять > направлять движение > собирать в толпу > собранная толпа зрителей > зрелище, соревнования-игры > соревнование, борьба >агональность; б) психологическая борьба, напряжение, стресс > борьба с опасностью, угроза жизни > борьба за жизнь, предсмертное состояние живого существа > последние (конвульсивные) проявления чего-то, завершающая фаза существования чего-либо>агония. В настоящее время происходит возрождение понятия агональности, ушедшее из обихода на долгий период: ни средневековая, ни ранненово-европейская культура не обращали внимания на агональность, соревновательность как существенный момент социальной организации. Возрастание роли спорта в европейском обществе отразилось и в возрожденных Олимпийских играх, которые прямо отсылали к античному обычаю игр-состязаний. Так более раннее и более позднее семантическое состояние комплексаagon/agoniaоказались сосуществующими в новоевропейском культурном контексте на равных правах и не без связи друг с другом. Агональность, соревновательность, конкурентность и возможность игры со смертью, жизнь как ставка в игре — явления связанные, и уже существенно отличающиеся от традиционных христианских представлений о борьбе (тяжбе) со смертью, приведших к появлению новоевропейских понятий агональности и агонии. Динамику развития понятия агональности можно проследить, исследуя изменение отдельных её аспектов. Одним из аспектов агональности является её маскулинность. По мнению А.В. Ярового, агональное пространство является сущностной категорией пространства мужского, идентичного мужской субкультуре, «под которым следует понимать не только физические границы мужской функциональности в обществе, определяемой хозяйственными, социально-политическими и другими «материальными» факторами, но и пространство семиотическое, сопряжённое с древними и изменявшимися в ходе исторического времени идеологическими постулатами» . Однако в связи с изменением образа женщин, их эмансипацией и маскулинизацией, борьбой за свои права в последнее время изменился и образ мужчины. Если раньше мужчина должен был выполнять функции по обеспечению семьи, то сейчас на него возложены новые обязанности, диктуемые временем, где отцовство – это главная из них. «Здесь речь идёт не о феномене «отсутствующего отца», а именно отца, активно принимающего участие в воспитании ребёнка. Уделять внимание не только своей работе, но и семье заставило мужчин заняться переоценкой ценностей» (Олянский 2004: 80) . Таким образом, маскулинность агональности в последнее время все больше смещает свой вектор в сторону женского пола.
Условия покупки ?
Не смогли найти подходящую работу?
Вы можете заказать учебную работу от 100 рублей у наших авторов.
Оформите заказ и авторы начнут откликаться уже через 5 мин!
Похожие работы
Служба поддержки сервиса
+7 (499) 346-70-XX
Принимаем к оплате
Способы оплаты
© «Препод24»

Все права защищены

Разработка движка сайта

/slider/1.jpg /slider/2.jpg /slider/3.jpg /slider/4.jpg /slider/5.jpg