Глава 1. Русская православная церковь до реформ Петра I
1.1. Церковная жизнь до правления Петра I
К концу XVII века в Русской Церкви накопилось значительное количество внутренних проблем, а также проблем, связанных с ее положением в обществе и государстве, а также практически полным отсутствием системы религиозно-церковного образования и воспитания. Во второй половине XVII века в результате реформ патриарха Никона произошел старообрядческий раскол. Это наложило значительный отпечаток на общество того времени. Кроме того, в царствование Алексея Михайловича патриарх Никон проводил политику, которая явно угрожала зарождающемуся российскому абсолютизму. Будучи человеком честолюбивым, Никон старался сохранить в Московском государстве тот же статус, который имел до него патриарх Филарет. Эти попытки закончились для него лично полным крахом.
В XVII веке правительство не решилось на решительные меры. Привилегии Церкви, вступившие в конфликт с зарождавшимся абсолютизмом, заключались в праве землевладения и суда над духовенством во всех случаях. Земельные владения церкви были огромны, и население этих земель, в большинстве случаев освобожденное от уплаты налогов, было бесполезно для государства. Монастырские и епископские торгово-промышленные предприятия тоже ничего не платили в казну, поэтому могли продавать свои товары дешевле, тем самым подрывая купечество. Непрерывный рост монастырского и церковного землевладения грозил государству огромными потерями. После поражения в Нарвской битве (1700) Петр I осознал, что исход Северной войны напрямую зависит от того, сумеет ли русское общество реформироваться на западный лад, в частности создать систему светского профессионального образования.
Алексей Михайлович, несмотря на свою преданность церкви, пришел к выводу, что необходимо положить предел притязаниям духовенства. При нем дальнейшая передача земель в собственность духовенства была прекращена. Согласно Соборному уложению 1649 года, суд над духовенством по всем гражданским делам был передан в руки нового учреждения - Монашеского ордена. Монашеский орден был главным существенным предметом последующего конфликта между царем и Никоном, который в данном случае выражал интересы всей корпорации высшего духовенства. Протест был настолько силен, что царю пришлось уступить и согласиться с отцами Собора 1667 года, что суд над духовенством по гражданским и даже уголовным делам должен быть возвращен в руки духовенства. После Собора 1675 года Монастырский приказ был упразднен.
Важным фактором церковной жизни в конце XVII века стало присоединение Киевской митрополии к Московскому патриархату в 1687 году. В состав русского епископата входили образованные малороссийские епископы, некоторые из которых сыграли ключевую роль в церковных преобразованиях Петра Великого.
Делая вывод, можно сказать, что если бы не были проведены реформы по ограничению влияния церкви, то государству это стоило бы громадных убытков в экономическом плане. А также в плане военной мощи страны.
1.2. Русская Православная Церковь в период правления Петра I
Личность Петра наложила свой отпечаток на все стороны жизни и деятельности русского общества и государства, на развитие духовной культуры в стране. Изменения, вызванные петровскими реформами во всех сферах жизни, затронули и религию во всех ее проявлениях, в частности состояние и устройство Православной Церкви, ее место в государстве и обществе, ее значение в культурной жизни. Конечно, дело не ограничивалось только влиянием личности Петра - его деятельность находила благоприятную почву в назревших общественных потребностях, в потребностях господствующих классов, в политике тех слоев, которые в то время могли оказывать наибольшее влияние на ход дел в государстве.
Согласно источникам, Петр был неверующим. Он не питал особого уважения к духовенству любой веры. Об этом свидетельствует устроенный им фарс "самого безумного, самого смешного и самого пьяного совета". Трудно представить себе зрелище более насмешливое над церковью и ее иерархией. Вряд ли можно отнести эти и подобные действия такого выдающегося человека, как Петр I, к простому озорству и стремлению к сильно действующим развлечениям. Обновления икон, небесные видения, стихийный звон колоколов, пролитие слез ликами на иконах не испугали Петра I, а тем более не заставили его отказаться от очередного события. Когда, например, в одной из петербургских церквей в 1720 году икона Богородицы "заплакала", Петр I приказал немедленно доставить ее к себе во дворец, быстро разобрался в простом механизме "чуда" и сурово наказал его организаторов, а икону поместил в кунсткамеру.
Знакомы эпизоды, доказывающие, то что Петр I осознавал в таком случае значимость, что духовность народа обладает для стабильности имеющихся режимов также в целом дворянско-монархического государства; Однажды узнав, что высокопоставленный чиновник и вольнодумный мыслитель своего времени В. Н. Татищев иронически отзывается о некоторых книгах Библии, царь вызвал его к себе и избил своей знаменитой дубиной. Биограф и современник царя И. И. Голиков таким образом передает прочитанную при этом нотацию виновному: "Как вы смеете ослаблять такую струну, которая есть гармония всего тона?... Я научу вас, как чтить его (священное Писание. И. К.) и не разорвать цепь, которая содержит все в устройстве... Не соблазняйте верных честных душ; не начинайте вольнодумства, вредного для улучшения; Я не пытался научить вас быть врагом общества и церкви". Но даже в этой филиппике нет чувства благоговения перед священным Писанием или веры в его истинность и откровение есть только определенный политический расчет, заключающийся в том, что религия и церковь способствуют сохранению существующего строя. Когда стала ясна привязанность царя к чужеземным влияниям, его склонность и решимость сломить весь внутренний порядок русской жизни, церковники насторожились и стали искать способы устранить Петра или, по крайней мере, укротить его систематическим давлением и запугиванием. Во всех антирусских группировках, созданных в период его правления, духовенство, как православное, так и старообрядческое, занимало видное место и играло в значительной степени организующую роль.
Сомнение, ведь что Петр был Антихристом, неукоснительно поддерживалось защитниками минувшего порядка. Ежели он возвратился благодаря границы в 1698 г., данное явление проявилось весьма благоприятным с целью датировки грядущего завершения освещение согласно наиболее конечным расчетам: в 1699 году появляется Антихрист, а в 1702 году начинается конец света. Действие возвратившегося царя давало все основания для таких ожиданий: не задерживаясь в Кремле, не кланяясь ни Иверской, ни другим чудодейственным иконам, Петр направился неуклонно к немцам в Лефортово, после активизировал упражняться насильственным сбриванием бород вдобавок укорочением длиннополых кафтанов, однако еще в целом хрупкой всего, ведь что олицетворяло в глазах бояр и духовенства древний организованный распорядок в базе которого лежал определенный общественный строй. Петр I поменял хронологию от сотворения мира необыкновенным свежим счетом времени с рождества Христова и приказал исчислять истоком Нового года не сентябрь, а январь, что не подходит Писанию: яблок в январе еще быть не могло, поэтому змею нечем было искушать Еву.
Наличие общего врага на некоторое время даже смягчило противоречия между Православной Церковью и старообрядцами. Идеологи последнего видели, что церковь, которую они считали сдавшейся Антихристу, на самом деле была против него. Патриархи Иоаким и его преемник Адриан пытались затормозить внедрение нововведений. Адриан специально проклял цирюльников в своем "Окружном послании" и предупредил их о печальном и позорном положении, в котором они окажутся на страшном суде перед лицом бородатых апостолов и других праведников. Стрижка и короткость немецких кафтанов переросли в серьезную политическую проблему - здесь старая боярско-феодальная Россия столкнулась с рвущейся вперед дворянской абсолютистской Россией.
Петр осознавал,что основной идейной и в значительном организационной силой,противостоящейему, было духовенство. Он активно и решительно применял репрессии, призванные внушить страх церковным лидерам. Но помимо этого,преднимстояли две задачи: ликвидация экономической власти церкви и полное подчинение ее государству по организационно - административной линии. Царь решал обе эти задачи смело и радикально.
Когда Петр наложил принял меры против церкви и монастырской собственности, он не заботился об освобождении крестьян от крепостного права: ему было важно, чтобы он и возглавляемое им государство пользовались плодами этой эксплуатации. В 1701 году специальным царским указом был восстановлен Монашеский порядок управления всем церковным и монастырским имуществом, который был ликвидирован в 1677 году. Он должен был получить от церковных властей, согласно точному и подробному описанию, все их имения, ремесла, деревни, здания и имеющиеся капиталы, чтобы управлять всеми этими богатствами в будущем, не допуская никакого вмешательства духовенства.
Царь стоял на страже неуклонного исполнения православных религиозных обязанностей. Указ 1718 года устанавливал строгие наказания за неявку на исповедь, за неявку в церковь по праздникам и воскресеньям и оговаривал, что речь идет о посещении церкви "на вечерню, на заутреню и тем более на святую литургию". Вероятно, не последним стимулом в заботе государства об исполнении своих религиозных обязанностей его подданными было вероятно, что каждое такое нарушение будет подлежать денежным штрафом - главным образом в пользу казны, а также "на церковное строительство". Нарушение православных норм благочестия было, пожалуй, главным источником дохода для казны Петра.
Царь также сумел перевести разногласия по поводу аллилуйи и крестного знамения в денежное выражение. Вместо того чтобы преследовать старообрядцев и запрещать им заниматься еретическим богослужением, Петр наложил на них двойной подушный налог.
Лишив церковь ее материальной власти, Петр счел необходимым взять ее в свои руки во всех других отношениях. Из своих заграничных поездок и из контактов с немцами он черпал протестантскую идею государственного управления церковью, а после смерти патриарха Адриана в 1700 году начал постепенно и неуклонно осуществлять ее.
С 1709 года. Петр стал привлекать в качестве своего помощника по церковным делам Феофана Прокоповича, который был сначала ректором Киево-Могилянской академии. В 1716 году он вызвал его в столицу и назначил епископом Псковским, чтобы иметь его постоянно под рукой для выполнения регулярных поручений литературного, апологетического и проповеднического характера, для составления важных государственных документов по церковным делам. Именно Феофану было поручено написать Духовный Устав - указ, провозглашающий упразднение патриархата и новый порядок в управлении церковью. В 1721 году. Духовные предписания издавались и распространялись по всей стране для руководства и исполнения.
Главным в Духовном Уставе было провозглашение, что вместо единоличного управления церковью через патриарха устанавливается коллективное - с помощью Духовной коллегии. Откровенно говоря, в документе излагался аргумент в пользу упразднения патриаршества, основанный на том, что патриарх может представлять собой своего рода конкуренцию царю.
Реформа, проведенная Петром I в 1721-1724 годах, окончательно установила порядок государственного управления церковью. В эти годы, следуя Духовному Уставу, царь издал ряд приказов и указов по этому вопросу, главным из которых было Дополнение к Духовному Уставу, изданному в 1722 году. Первоначальные Положения подвергались некоторым изменениям, общим направлением которых было усиление подчинения церкви государственному аппарату.
Во главе церкви был поставлен "святейший правительствующий синод" из нескольких высших церковных иерархов, подчинявшихся светскому чиновнику, называвшемуся обер-прокурором. Пока Стефан Яворский был жив, он стоял рядом с обер-прокурором, носившим титул председателя Синода. Но после его смерти в 1722 году президенты не назначались, и обер-прокурор оставался единственным главой" синодальной команды", как часто назывался Священный Синод даже в официальных документах. В указе о назначении первого обер-прокурора говорилось: "Выбрать из чиновников Синода хорошего человека, который имел бы мужество и мог бы знать управление делами Синода, и быть его обер-прокурором..." И действительно, такое назначение получил полковник И. В. Болтин, проявивший, по-видимому, достаточное мужество на военном поприще, качество которого было признано необходимым во главе церкви. Любопытно, что в дальнейшем пост обер-прокурора неоднократно занимали военные, почему-то такой способ служения на посту главы церкви казался царской администрации наиболее подходящим.
Указ 1724 года выражал особое внимание царя к монашеству. Однако это внимание нельзя назвать благожелательным. Петр I называет монашество "гангреной" и возлагает ответственность за развитие этой болезни на "соправителей церкви"? Указ провозглашал тезис о бесполезности и бесполезности монашеского сословия, ибо "какая польза обществу от этого?"; если все дело в том, что монахи молятся, "то молятся все". И вообще, "токмо" старая пословица оправдывается: ни Богу, ни людям; но большая часть бежит от податей и от лености, чтобы есть хлеб даром". Из таких оценок, казалось бы, следовало сделать вывод о необходимости ликвидации всех монастырей, но даже Петр I не пошел на этот шаг, а лишь приказал превратить некоторые монастыри в богадельни для престарелых и отставных солдат.
Неприязненность Петра I к монастырям и монашеству во многом опиралась на том, что он с начала считывал их серьезной силой в лагере не только религиозной, но также политической реакции. Монахи, кочевавшие по стране, расширяли мысли и настроения противодействия всему новому, они водились контактами среди разными группами заговорщиков, в первую очередь собственно из монастырей прибывали "тайные письма", обличавшие Петра I в его несомненной обстановки к антихристовой армии или в том, что он антихрист. Еще в 1701 году, от имени царя был дан приказ "монахам не писать никаких писем в кельях своих под строгим наказанием на теле, не хранить чернил и бумаги и усердно надзирать за монахами, потому что ничто так не нарушает монашеского молчания, будто их суетные и бесплодные письма". Петр I позаботился о том, дабы монахи имели вероятность избавлять свои души среди, определенных их благочестивым нуждам и чаяниям. И главным водилась потребность пресечения противодействия всему новому, какое систематически обнаруживалось православным духовенством, и прежде монашеской общиной, как наиболее компактной ее единицей, больше способной к функциональной борьбе, чем другие слои духовенства.
Царь подчинил себе церковь не только в том, что касалось ее. Он заставлял духовенство служить себе в различных областях общественной и государственной жизни.
Больше говорилось про то, как петровский распорядок беспокоился о надлежащем исполнении горожанами церковных и культовых обязанностей, например о регулярном" пребывании " на исповеди, ибо исповедь была поставлена Петром I на службу следствию. В 1708 году по заданию местоблюстителя патриаршего престола Стефана Яворского во все епархии был разослан царский указ о том, что духовники обязаны запрашивать у исповедуемых сведения, "не имеет ли кто из них бунта, злых намерений и совета с кем, к какому мятежу и какого умысла на государство. Такая справка обещала быть передана властям. Кроме к Духовным Предписаниям данная установка была повторена и расширена. При всем при этом специально оговаривалось, что священник не может излагать в своем доносе всю вину "преступника", он сам все расскажет, когда его возьмут под стражу.
Полицейские функции священников не ограничивались сыскной работой, связанной с исповедью. В использовании духовенства в светских целях Петр I дошел до того, что заставил священников и монахов стоять на страже у рогаток и заграждений, исполнять обязанности блюстителей порядка при пожарах, дежурить на выездных дворах и вообще "исполнять все прочие полицейские обязанности вместе с гражданством по указанию полицмейстера"." В обязанности священников входило участие в ревизиях крепостных душ вместе с писцами-чиновниками, и на них возлагалась особая ответственность за случаи сокрытия ревизских душ, виновного в этом священника наказывали каторжными работами и вырыванием ноздрей.
В своих непростых отношениях с церковью Петр I не мог опираться на старые кадры ее руководящих деятелей. Все эти ревнители древнего благочестия казались ему пережитком варварской Московской Руси, которая только мешала ему в решении тех задач, которые он считал исторически насущными. Царь обратил внимание на просвещенных церковников и богословов украинской школы, получивших образование в Киево-Могилянской академии, отчасти в католических училищах Польши и даже в Риме. Одним из таких церковников новой формации был Стефан Яворский, но наиболее типичным их представителем был известный автор Духовных Постановлений Феофан Прокопович. Между этими двумя фигурами была также разница в основной теологической ориентации: если Стефан выражал склонность к католическим методам богословия, то на работу Феофана больше влиял протестантизм.
В целом стиль и предмет нового богословия резко отличались от того, чем жила Русская Церковь на предыдущем этапе своего развития.
Богословская группа, организованная вокруг Стефана Яворского, интриговала против Феофана и обвиняла его в симпатиях к протестантизму и стремлении склонить русский народ к этой еретической религии. Анализируя его богословские труды, они пришли к выводу, что он был заражен кальвинистской ересью и проповедовал протестантизм. Нельзя сказать, что эти обвинения совершенно необоснованны.
Взгляды, проповедуемые Феофаном Прокоповичем, сочетали в себе христианство и протестантизм, апологию религии и благоприятное расположение к западноевропейской общефилософской и рационалистической литературе такого времени. Единственное, в чем Феофан был абсолютно последователен, - это его отношение к царской власти, к принципу самодержавия и, конечно, к Петру I. Тут он ходил будто воинствующий апологет, обличая и разбивая во имя Бога и религии мельчайшее отклонение от полного повиновения самодержавию.
Это богословие вполне устраивало Петра I, и он делал все, чтобы перевести его идеи в норму деятельности всего духовенства. Для членов Церковной коллегии, при вступлении их в должность, была установлена клятва: "Кленуся паки всемогущим Богом, что я есть, и должен быть, царь мой природный и истинный, и государь, возвышеннейший и могущественнейший, Петр Первый-царь, и самодержец всероссийский, и протчая, и протчая, и протчая. И по его словам, его королевское величество, высокий законный наследник, который, согласно воле и самодержавной власти его королевского величества, определены, и определены прежде, и до восприятия престола, будет удостоен чести. А ее величеству императрице царице Екатерине Алексеевне, быть верной, доброй и послушной, рабыней и подданной, и все, к высокому, его царскому величеству самодержавию, силе и власти, принадлежащим им правам и прерогативам, и узаконено, по предельному разумению, силе и умению, предупреждать и защищать, и в таком случае не щадит живота своего, если нужно... Пробуди ко мне провидца сердца, Бога обетования моего, свидетеля, ибо что ложно, то ложно, а не по совести моей, пробуди ко мне того же праведного мстителя. В заключение этой моей клятвы я целую слова и крест моего спасителя: Аминь".
Суду Синода предстояли все дела, которые раньше подлежали смотру суду патриаршему. Также Синод должен был следить за церковным достоянием его распределением и употреблением.
Относительно дел собственных Регламент замечает, что Синод для правильного выполнения своей задачи должен знать, в чём состоят обязанности каждого члена Церкви, то есть епископов, пресвитеров, дьяконов и прочих церковнослужителей, монахов, учителей, проповедников, и затем посвящает много места делам епископов, делам образовательным и просветительным и обязанностям мирян по отношению к Церкви. Дела же прочего клира церковного и касающиеся монахов и монастырей подробно изложены были несколько позднее в особом «Прибавлении к Духовному регламенту».
Данное прибавление было разработано самим Синодом и прикреплено к Духовному регламенту без ведома царя.
Таким образом, Православная церковь была "полностью" разгромлена самодержавными царями в царствование Петра Великого.
Глава 2. Анализ великих перемен в русской православной церкви
2.1. Причины и суть реформы Петра I
Причины реформы разнообразны, но они не являются предметом обсуждения в научных кругах, поэтому в качестве основных можно выделить следующие.
Во-первых, русский народ видел в Патриархе как бы второго государя, и даже нечто большее, чем государя, поэтому в случае столкновения с Патриархом царь мог бы оказаться в невыгодном положении. (Что касается первой причины, то её резонности свидетельствует, несомненно, хорошо известный царю Петру конфликт, возникший между его отцом царем Алексеем Михайловичем и Патриархом Никоном, суть которого заключалась в стремлении Патриарха осуществлять свое служение исходя из принципа, что духовная власть обладает безусловным приоритетом перед властью гражданской, государственной)
Во-вторых, Петр опасался, что Патриарх может стать во главе партии недовольных проводимыми им реформами и возглавить борьбу против его преобразований.
В начале XVIII века теория "естественного права" получила широкое распространение в России. Теория сочетала "поклонение Богу как творцу вселенной" с идеей, что " неземная сила не может вмешиваться в некогда созданный естественный порядок вещей". Соответственно должна измениться и роль церкви. Духовная власть не только не может претендовать на господство над светской властью, но и может быть ей равнозначна. Церковь должна быть окончательно подчинена государству.
Русский народ видел в Патриархе второго государя и даже нечто большее, чем государь, поэтому в случае столкновения с Патриархом царь мог оказаться в невыгодном положении. Что касается этой причины, то о ее разумности, несомненно, свидетельствует конфликт, возникший между его отцом, царем Алексеем Михайловичем, и Патриархом Никоном, хорошо известным царю Петру, суть которого заключалась в стремлении Патриарха осуществлять свое служение на основе принципа абсолютного приоритета духовной власти над гражданской и государственной.
Церковные богатства рассматривались Петром I будто один из источников государственных доходов. Требование в данном источнике стала исключительно острой спустя неудачного начала Северной войны. В царствование Петра I раскрутилась активность так называемых "спекулянтов". Один из них, Андрей Курбатов, "особенно настойчиво" направлял увлечение молодого царя на церковные богатства. По его мнению, церковное имущество давало солидный доход, который " гиб в прихотях владельцев".
Петр I проводил преобразования в области государственно-церковных отношений постепенно. Мы согласны с И. А. Булыгиным, который в статье "Особая категория феодально-зависимых крестьян в первой четверти XVII века" выделяет четыре этапа реформы:
1. 1701-1705 гг., его основными событиями стали восстановление монастырского порядка и попытка полной секуляризации церковного землевладения;
2. 1705-1720 гг., основным его содержанием был отказ от полной новой секуляризации церковного землевладения и переход к частичной;
3. 1720-1721 гг., его основными событиями стали ликвидация патриархии и учреждение Священного Управляющего Синода;
4. 1722-1725 гг., его содержанием была попытка разработки и введения штатов для всех церковных сословий.
Однако следует отметить, что первые меры Петра I, направленные на "национализацию" церкви и подрыв ее материального фундамента, были осуществлены во второй половине 90-х годов XVII века. В 1697 году были приняты решения взять под контроль хозяйства архиерейских домов и монастырей и запретить монастырям любую строительную деятельность. В 1698 году царским указом была прекращена выплата государственной руги (то есть денег и хлеба) церквам, имевшим землю и приходские дворы.
