Войти в мой кабинет
Регистрация
ГОТОВЫЕ РАБОТЫ / ДИПЛОМНАЯ РАБОТА, ПРАВО И ЮРИСПРУДЕНЦИЯ

Преступность военнослужащих и ее предупреждение.

irina_k200 3325 руб. КУПИТЬ ЭТУ РАБОТУ
Страниц: 133 Заказ написания работы может стоить дешевле
Оригинальность: неизвестно После покупки вы можете повысить уникальность этой работы до 80-100% с помощью сервиса
Размещено: 07.10.2020
Объектом исследования выступают общественные отношения, возникающие в связи с нарушением порядка прохождения военной службы и порядка пребывания на ней военнослужащими, в том числе, при самовольном оставлении части или места службы, дезертирстве и уклонении от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иными способами. В качестве предмета исследования выступают нормы уголовного права, регламентирующие особенности уголовной ответственности за совершение преступлений против порядка прохождения военной службы, предусмотренных ст.ст. 337, 338 и 339 УК РФ, судебная практика рассмотрения уголовных дел о преступлениях данной категории, особенности предупреждения преступности военнослужащих. Целью исследования являются изучение особенностей преступности военнослужащих и ее профилактики. В соответствии с данной целью был определен ряд задач: – исторический анализ становления и развития уголовной ответственности за преступления, связанные с нарушением порядка прохождения военной службы; - изучение объективных и субъективных признаков состав преступлений, предусмотренных ст. ст. 337, 338 и 339 УК РФ; - изучение оснований и условий освобождения от уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных ст.ст. 337, 338 УК РФ; - внесение предложений по совершенствованию законодательства, предусматривающего ответственность за нарушение порядка прохождения военной службы. Методологическая основа исследования. В процессе подготовки магистерской диссертации использованы общенаучные, частно-научные и специальные методы, в числе которых: диалектический, исторический, формально-юридический, логический, сравнительно-правовой и социологический. Эмпирическую основу магистерской диссертации составили официальные статистические данные Министерства обороны Россий¬ской Федерации, Главного управления обеспечения деятельности военных судов Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации, Военной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, Главной воен-ной прокуратуры Вооруженных Сил Российской Федерации, Министерства внутренних дел Российской Федерации и Федеральной службы исполнения наказаний. Теоретическая и практическая значимость исследования состоит в том, что в работе определены и раскрыты криминологический и правовые особенности преступлений, совершаемых военнослужащими (ст.ст. 337, 338 и 339 УК РФ); материалы магистерской диссертации могут использоваться в научно-исследовательской, образовательной и практической деятельности: в процессе изучения особенностей преступности военнослужащих, оснований и особенностей применения ст.ст. 337, 338 и 339 УК РФ практическими работниками для разработки методик выявления и пресечения преступлений, предусмотренных данными статьями; при изучении курсов криминологии, уголовного и уголовно-исполнительного права. Проведенное исследование позволило сформулировать основные положения, выносимые на защиту: 1. Предлагается единая редакция диспозиции ст. 337 (основного и квалифицированных составов) путем исключения из нее ука¬зания на отсутствие уважительных причин. Таким образом, ч. 1 ст. 337 УК РФ должна, по нашему мнению, выглядеть следующим образом: «Самовольное оставление части или места службы, а равно неявка в срок на службу продолжительностью свыше...». 2. Мы предлагаем дополнить ч. 4 ст. 337 УК РФ квалифицирующим признаком и изложить ее в следующей редакции: «Самовольное оставление части или места службы, а равно неявка в срок на службу, совершенное с оружием, боеприпасами, взрывчатыми веществами и взрывными устройствами, вверенными по службе, а равно продолжительно¬стью свыше одного месяца, но не более одного года...». 3. Аргументируется необходимость формулирования положения, предусматривающего специальную ответственность за дезертирство с ору-жием, с точки зрения признаков его хищения. Вместе с тем обосновывается предложение о внесении дополнения в ч. 2 ст. 338 УК РФ, указывающего на боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства, вверенные винов¬ному, как единый предмет всех преступлений, посягающих на порядок обо¬рота оружия. Поэтому автор предлагает ч. 2 ст. 338 УК РФ изложить в сле¬дующей редакции: «Дезертирство с оружием, боевыми припасами, взрывча¬тыми веществами, взрывными устройствами, вверенными по службе, при отсутствии признаков их хищения ... «. 4. Мы полагаем, что отсутствие законодательных норм, пре-дусматривающих уголовную ответственность за совершение военнослужа-щим преступлений в военное время или в боевой обстановке, является суще¬ственным недостатком УК РФ. В этой связи предлагается ст. 338 УК РФ до¬полнить третьей частью, предусматривающей особо квалифицированный со¬став дезертирства: «Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, если они совершены в военное время или в боевой обста¬новке, — наказываются ...». 5. Представляется необходимым исключить примечание к статье 337 УК РФ в виду его нецелесообразности, так как возможно освобождение от уголовной ответственности за его совершение по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 75 УК РФ. 6. В результате проведенного диссертационного исследования выяв¬лено, что реализация освобождения от уголовной ответственности в соответ¬ствии с примечанием к ст. 338 УК РФ об освобождении от уголовной ответ¬ственности военнослужащих позволяет им неоднократно совершать уклоне¬ния от военной службы, избегая уголовной ответственности. Поэтому обос¬новывается предложение о целесообразности внесения дополнения в приме¬чание к ст. 338 УК РФ: «явки с повинной» в качестве обязательного признака освобождения от уголовной ответственности за совершение данного преступления. Апробация результатов магистерского исследования. Отдельные положения исследования были предметом рассмотрения в научной статье , подготовленной по проблемам освобождения от уголовной ответственности за нарушение порядка прохождения военной службы на тему «Освобождение от уголовной ответственности за самовольное оставление части или места службы и дезертирство». Структура и содержание работы определены целью, задачами, объектом исследования. Работа представлена введением, тремя главами, заключением, списком используемой литературы, а также приложениями.
Введение

Актуальность темы исследования. Преступность среди военнослужащих является опаснейшим дестабили¬зирующим фактором, крайне негативно воздействующим не только на Воо¬руженные силы, но и на государство в целом, вносит элементы дезорганизо¬ванности в войска, ослабляет их боеспособность, приводит к срыву выполне¬ния поставленных перед ними задач. Общеизвестно, что разрушение государственности, как правило, начи-нается с развала армии. Поэтому состояние воинской дисциплины, правопо-рядка необходимо рассматривать не только как один из факторов обеспече-ния защиты от внешнего врага, но и как показатель национального здоровья и внутренней устойчивости государства. Преступность военнослужащих - опасный дестабилизирующий фактор, который негативно воздействует не только на военную организацию государства, но и на государство, на граж¬данское общество в целом, ее внутреннюю и внешнюю безопасность. Стрем¬ление руководства страны, в последнее время, придать Вооруженным силам новое качество, существенно повысить их боевые возможности, сформиро¬вать фактически новый облик всей военной организации государства, пред¬полагает решение проблемы преступности военнослужащих . Несмотря на предпринимаемые руководством страны меры, уровень преступлений военнослужащих, связанных с нарушением порядка прохождения военной службы, остается неизменно высоким. Отдельную группу преступлений против военной службы составляют нарушения порядка прохождения военной службы. В эту группу принято относить три вида преступлений против военной службы: 1) самовольное оставление части или места службы (ст. 337 УК РФ); 2) дезертирство (ст. 338 УК РФ); 3) уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иными способами (ст. 339 УК РФ). Положение с преступностью в Вооруженных силах в настоящее время продолжает оставаться сложным. Как известно, одной из острых проблем, с которой в послед¬нее время столкнулись Вооруженные силы, стал рост уклонений от военной службы призывников, солдат, матросов, сержантов и старшин, а также воен¬нослужащих по контракту. Особую тревогу вызывает увеличивающееся чис¬ло самовольного оставления части или места службы, а также дезертирств, что нередко, сопровождается совершением общеуголовных преступлений (грабежами, разбоями, изнасилованиями и т.д.). Естественно, это наносит существенный ущерб боевой готовности, подрывает престиж Вооруженных сил. По данным статистических отчетов Главного управления обеспечения деятельности военных судов Судебного Департамента при Верховном Суде РФ и Главной военной прокуратуры с 1998 по 2017 гг. судимость военно-служащих по призыву Вооруженных сил, других войск и воинских формиро¬ваний Российской Федерации за уклонения от военной службы приобрела устойчивую тенденцию роста. Самовольное оставление части или места службы как вид преступного деяния выступает в качестве одного из самых распространенных преступлений против порядка прохождения военной службы, о чем свидетельствует статистика, опубликованная Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации (далее – Судебный департамент). Так, в соответствии с опубликованной статистикой, в 2014 г. за совершение преступления, предусмотренного ст. 337 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) было осуждено 1 082 человека, из которых по ч. 1 ст. 337 УК РФ было осуждено 32 человека, по ч. 2 ст. 337 УК РФ – 0 человек, по ч. 3 ст. 337 УК РФ – 368 человек, по ч. 4 ст. 337 УК РФ – 682 человека. Как известно, существенное количество рассматриваемых преступлений обладает латентностью. Так, по данным главной военной прокуратуры количество сокрытых самовольных оставлений части или места службы достигает 5 %, а по данным некоторых средств массовой информации латентность рассматриваемых преступлений достигает и 50 %. Самовольное оставление части или места службы, дезертирство, а равно уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иными способами, общественно опасны, так как существенно ослабляют боеспособность частей и подразделений воинскую дисциплину, организованность личного состава, затрудняет работу командиров (начальников) по обучению и воспитанию подчиненных, поддержанию твердого уставного порядка, отрицательно влияет на отдельных неустойчивых, недисциплинированных военнослужащих. Распространенность этого явления лишний раз доказывает необходимость борьбы с ним. Законодательное положение об освобождении от уголовной ответственности за самовольное оставление части или места службы и дезертирство, предусмотренное в примечаниях к ст.ст. 337 и 338 УК РФ, нуждается в детальном исследовании и выявлении законодательных пробелов, в целях их последующего устранения. Названные факторы определяют актуальность настоящего исследования, которое, полагаем, внесет свой вклад в разработку мер по предупреждению совершения преступлений, связанных с нарушением порядка прохождения военной службы. Степень научной разработанности темы исследования. Основополагающие теоретиче¬ские основы исследований проблем преступлений протии военной службы, в т.ч. нарушений порядка прохождения военной службы, заложили такие известные ученые, как Х.М. Ахметшин, Г.А. Аванесов, IO.M. Антонян, Ф.С. Бражник, A.C. Безнасюк, Ф.Б. Березин, C.B. Бородин, A.A. Герцензон, Я.И. Гилинский, В.З. Гущин, О.В. Дамаскин, Г.В. Дашков, А.И. Долгова, Г.И. Забрянский, С.М. Иншаков, И.И. Карпец, Б.А. Кожемякин, В.Н. Кудрявцев, В.В. Лунеев, В.П. Маслов, И.М. Мацкевич, М.П. Мирошников, A.A. Тер-Акопов, Р.В. Рожанец, A.C. Самойлов, А.Б. Са¬харов, Г.Ф. Хохряков, В.Е. Эминов, A.M. Яковлев и др. Несмотря на значительную разработанность темы исследования, отдельные положения нуждаются в переосмыслении и единообразном понимании и применении как в теории криминологии, уголовного и уголовно-исполнительного права, так и практической деятельности.
Содержание

Введение 3 Глава 1. Ретроспективный анализ преступности военнослужащих …………………………………..…………………………10 Глава 2. Криминологическая характеристика преступности военнослужащих 2.1. Основные показатели преступности военнослужащих ….……...31 2.2. Субъективные признаки самовольного оставления части или места службы, дезертирства и уклонения от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иными способами……….81 Глава III. ПРОБЛЕМНЫЕ ВОПРОСЫ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА НАРУШЕНИЕ ПОРЯДКА ПРОХОЖДЕНИЯ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ 3.1. Отграничение самовольного оставления части или места службы, дезертир¬ства и уклонения от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иными способами от воинских проступков и соотношение с другими преступлениям……………………………………100 3.2. Специальные основания освобождения от уголовной ответственности за самовольное оставление части или места службы и дезертирство………………………………………………………………….113 ЗАКЛЮЧЕНИЕ 121 СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 125 ПРИЛОЖЕНИЕ………………………………………………………….134
Список литературы

1. Нормативные правовые акты 1.1. Конституция Российской Федерации // Собрание законодательства Рос. Федерации. – 2014. – № 31. – Ст. 4398. 1.2. Уголовный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 1996. – № 25. – Ст. 2954. 1.3. Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации. – М.: Омега-Л, 2016. 1.4. Федеральный закон от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 1998. – № 22. – Ст. 2331. 1.5. Федеральный закон от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 1998. – № 13. – Ст. 1475. 1.6. Постановление Правительства РФ от 4 июня 1997 г. № 669 «Об утверждении Положения о дисциплинарной воинской части» // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 1997. – № 23. – Ст. 2697. 1.7. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 3 апреля 2008 г. № 3 «О практике рассмотрения судами уголовных дел об уклонении от призыва на военную службу и от прохождения военной или альтернативной гражданской службы» // Российская газета. – 2008. – № 76. 1.8. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 г. № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» (в ред. постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2016 № 48, от 29.11.2016 № 56) // СПС «КонсультантПлюс». 2. Книги, комментарии 2.1. Благов Е.В. Преступления против государственной власти, военной службы, мира и безопасности государства: лекции. – Москва.: Юрлитинформ., 2011. 200 с. 2.2. Игнатенко Г.В. Международное право и внутригосударственное право: проблемы сопряженности и взаимодействия. М., 2012. 416 с. 2.3. Каданева Е.А., Сыч К.А. Лишение свободы как родовое и видовое понятие наказания: опыт теоретического конструирования. – Новокузнецк.: ФКОУ ВПО Кузбасский институт ФСИН России., 2014. 192 с. 2.4. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2 т. (постатейный) / А.В. Бриллиантов, Г.Д. Долженкова, Э.Н. Жевлаков и др.; под ред. А.В. Бриллиантова. 2-е изд. М.: Проспект, 2015. Т. 1. 792 с. 2.5. Международное право: учебник / Б.М. Ашавский, М.М. Бирюков, В.Д. Бордунов и др.; отв. ред. С.А. Егоров. М.: Статут, 2015. 848 с. 2.6. Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учебник / В.А. Блинников, А.В. Бриллиантов, О.А. Вагин и др.; под ред. А.В. Бриллиантова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2015. 1184 с. 3. Научные статьи 3.1. Абрамов Т.Г. Самовольное оставление части или места службы как способ совершения дезертирства // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: Сборник материалов XIV научно-практической конференции (17 февраля 2011 г.): в 2 ч.. Ч. 1. – Красноярск.: СибЮИ МВД России., 2011. С. 127-131. 3.2. Баженов А.В. Вопросы отграничения преступлений против военной службы от грубых дисциплинарных проступков // Право в вооруженных силах. – 2009. – № 5. – С. 31–38. 3.3. Болтушкин В.Е., Туманов А.А. Правовые аспекты самовольного оставления части или места службы // Сборник научных трудов преподавателей и аспирантов юридического факультета. Т. 2. – Мурманск.: Изд-во МГТУ., 2012. С. 124-127. 3.4. Воробьев А.Г. Актуальные вопросы назначения уголовного наказания в виде ограничения по военной службе по совокупности преступлений в практике военныхсудов // Право в вооруженных силах. – 2011. – № 3. – С. 117–119. 3.5. Воробьев А.Г. Ограничение по военной службе как вид уголовного наказания // Военное право: антология диссертаций. – Москва.: За права военнослужащих., 2011. С. 522-524. 3.6. Гавло В.К. О развитии методики расследования отдельных видов преступлений в военный и послевоенный периоды (1941-1965 гг.) // Избранные труды. – Барнаул.: Изд-во Алт. ун-та., 2011. С. 267-281. 3.7. Гармышев Я.В. Уголовная ответственность за совершение самовольного оставления части в уголовном законодательстве России: проблемы квалификации // Итоги и перспективы развития судебной реформы в Российской Федерации: материалы Всероссийской научно-практической конференции. – Иркутск., 2012. С. 168-171. 3.8. Гоионов Н.Д., Туманов А.А. Правовые аспекты классификации преступлений против военной службы // Сборник научных трудов преподавателей и аспирантов юридического факультета. Т. 2. – Мурманск.: Изд-во МГТУ., 2012. С. 99-103. 3.9. Гусарова О.В. Преступления против военной службы как порождение конфликтов и проблем в российском обществе // Развитие молодежной юридической науки в современном мире: Сборник научных трудов по материалам VII Международной научно-практической интернет-конференции 21 мая 2010 г. – Тамбов.: Изд. Дом ТГУ им. Г.Р. Державина., 2010. С. 461-466. 3.10. Дукарт В. Уголовная ответственность за преступления против военной службы, совершенные в условиях военного времени или в боевой обстановке: история и современность // Правовая политика современной России: реалии и перспективы: материалы научно-практической конференции, посвященной 75-летию образования Иркутской области. Иркутск, 10 ноября 2012 г. – Иркутск.: Изд-во ИГУ., 2012. С. 30-32. 3.11. Елехина Л.В. Понятие насилия в преступлениях против военной службы // Актуальные вопросы современной юриспруденции: исследования молодых ученых: сборник статей аспирантов, соискателей и магистрантов юридического факультета Алтайского государственного университета. – Барнаул.: Изд-во Алт. ун-та., 2010. С. 23-27. 3.12. Енокян Е.В. Система наказаний по УК РФ. Наказания, связанные с лишением свободы // Путь в науку. Юриспруденция: материалы конференции. – Ярославль.: ЯрГУ., 2014. С. 93-94. 3.13. Зателепин О.К. К вопросу о формах вины в преступлениях против военной службы // Право в вооруженных силах. – 2009. – № 12. – С. 97–99. 3.14. Зателепин О.К. Объект преступления против военной службы // Военное право: антология диссертаций. – Москва.: За права военнослужащих., 2011. С. 289-290. 3.15. Кильчицкий И.Ф., Летков К.В. Длящиеся и продолжаемые преступления. Отдельные вопросы практики квалификации длящихся преступлений в условиях военной службы //Право в вооруженных силах. – 2013. – № 7. – С. 36–45. 3.16. Климов В.Г., Меркелов А.А. Проблемы определения субъекта преступлений против военной службы // Проблемы юриспруденции: сборник научных статей и тезисов. Вып. 7. – Новосибирск.: Изд-во НГТУ., 2014. С. 71-75. 3.17. Колобовников В.М. Объект преступления против военной службы // Правовая реальность в фокусе юридической науки и университетского просвещения: материалы международной научно-практической конференции. – Владивосток.: Изд-во Дальневост. ун-та., 2009. С. 247-249. 3.18. Комарчук А.Ф. Наказания, не связанные с лишением свободы // Человек: преступление и наказание: сборник материалов межвузовской научно-теоретической конференции адъюнктов, аспирантов, соискателей, курсантов, слушателей и студентов (22 марта 2013 г.). – Рязань.: Акад. ФСИН России., 2014. С. 396-400. 3.19. Коренев М.С. Субъективная сторона в преступлениях против военной службы: некоторые проблемы теории и практики // Сибирский юридический вестник. – 2013. – № 2. – С. 69–74. 3.20. Коростелев В.С. О некоторых признаках составов преступлений против военной службы, относящихся к объективной стороне // Проблемы российского законодательства: история и современность: материалы Международной научно-практической конференции, Тольятти, 21-22 февраля 2012 г. – Самара.: Самар. гуманит. акад., 2012. С. 91-96. 3.21. Кудинов М.А. Теоретические и правовые основы уголовной ответственности за преступления против военной службы, совершаемые в военное время и в боевой обстановке // Военное право: антология диссертаций. - Москва.: За права военнослужащих., 2011. С. 299-300. 3.22. Куцев А.А. Бездействие как форма деяния в преступлениях, связанных с уклонением от прохождения военной службы (ст. 337, 338, 339 УК РФ) // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке. Материалы 6-й международной научно-практической конференции 29-30 января 2009 г. – Москва.: Проспект., 2009. С. 459-465. 3.23. Лоба В.Е. Преступления против порядка прохождения военной службы в Уложении 1649 г. // Юридическая наука и правоохранительная практика. – 2011. – № 3 (17). – С. 8–13. 3.24. Лобанов С.А. Кодификация норм об ответственности за военные преступления: преемственность и развитие // Военно-юридический журнал. – 2009. – № 10. – С. 7–15. 3.25. Лобанов С.А. Уголовное судопроизводство по делам о военных преступлениях (международно-правовые аспекты) // Военное право: антология диссертаций. Ч. II.– Москва.: За права военнослужащих., 2011. С. 400-401. 3.26. Лобов Я.В. Исполнение наказания в виде содержания в дисциплинарной воинской части // Право в вооруженных силах. – 2011. – № 3. – С. 108–117. 3.27. Лямин Н.М. Вопрос об ответственности за военные преступления в контексте развития международной уголовной юстиции // Актуальные проблемы современного международного права: Материалы X ежегодной Всероссийской научно-практической конференции, посвященной памяти профессора И.П. Блащенко: в 2 ч. Ч. II. Москва, 13-14 апреля 2012 г. – Москва.: РУДН., 2012. С. 198-205. 3.28. Ляскало А.Н. Конкуренция уголовно-правовых норм при квалификации некоторых преступлений против военной службы, совершаемых воинскими должностными лицами // Российский военно-правовой сборник № 12: Проблемы юридической ответственности военнослужащих и военных организаций. Серия «Право в Вооруженных Силах - консультант». Вып. 97. – Москва.: За права военнослужащих., 2009. С. 416-421. 3.29. Маликов Д.С. Использование понятийного аппарата и норм международного гуманитарного права при квалификации военных преступлений // Международное уголовное право и международная юстиция. – 2013. – № 5. – С. 5–9. 3.30. Мальков С.М. Объект преступлений против военной службы // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: Сборник материалов XIII международной научно-практической конференции (18-19 февраля 2010 г.): в 3 ч.. Ч. 1. – Красноярск.: СибЮИ МВД России., 2010. С. 127-132. 3.31. Матчанова З.Ш. Основные этапы становления и развития института уголовной ответственности за военные преступления в международном праве // Герценовские чтения 2007-2008. Актуальные проблемы юриспруденции. Материалы Всероссийской научно-практической конференции 2007-2008. – Санкт-Петербург.: Изд-во Политехн. ун-та., 2009. С. 132-134. 3.32. Мезин А. Исполнение наказания в виде содержания в дисциплинарной воинской части // Сборник научных трудов юридического факультета – Пятигорск.: Изд-во ПФ СКФУ., 2014. С. 182-185. 3.33. Мирзоян А.С. Исторические этапы формирования военно-уголовного законодательства России и Армении в сфере правового регулирования расследования преступлений, совершенных военнослужащими // Военно-юридический журнал. – 2012. – № 1. – С. 22–27. 3.34. Орлов А.В. Дезертирство и самовольное оставление воинской части или места службы: вопросы квалификации по УК РФ // Военно-юридический журнал. – 2015. – № 3. – С. 21–22. 3.35. Петрунин Д.А. Разграничение состава уклонения от призыва на военную службу от смежных составов преступлений // Подходы к решению проблем законотворчества и правоприменения: Сборник научных трудов адъюнктов и соискателей. Вып. 20. – Омск.: Омск. акад. МВД России., 2013. С. 50-56. 3.36. Пономарев Э.П. Влияние объекта на содержание иных элементов состава преступления против военной службы // Актуальные проблемы современного российского права: Материалы V Международной научно-практической конференции. Невинномысск, 21-22 февраля 2013 года. – Невинномысск.: НГГТИ., 2013. С. 281-284. 3.37. Птицын М.Ю. Содержание в дисциплинарной воинской части как вид уголовного наказания и его применение // Военное право: антология диссертаций. – Москва.: За права военнослужащих., 2011. С. 529-531. 3.38. Сайфуллин Э.К. Актуальные проблемы определения субъекта преступлений против военной службы // Актуальные проблемы уголовного права, уголовного процесса и криминалистики: материалы Всероссийской научной конференции. Москва, 19 апреля 2012 г. – Москва.: РУДН., 2012. С. 273-277. 3.39. Сивов В.В. Проблемы назначения наказания в виде содержания в дисциплинарной воинской части // Вестник Омского университета. – 2011. – № 2 (27). – С. 184 Суденко В.Е. Объект преступлений против военной службы // Право в Вооруженных Силах. – 2015. – № 11. – С. 69–74.–187. 3.40. Сурнин Е.В. Лишение свободы: социальная функция, содержание, цели и средства их достижения // Проблемы и перспективы современных гуманитарных, экономических и правовых исследований: материалы пятой международной научно-практической конференции (г. Москва (Российская Федерация - Милан (Италия) - 25 апреля - 3 мая 2014 г.): в 2 ч.. Ч. II. – Москва.: ИИУ МГОУ., 2014. С. 249-253. 3.41. Трощенко Р.А. Вновь к вопросу об уголовной ответственности за воинские преступления в военное время и в боевой обстановке // Право в вооруженных силах. – 2009. – № 2. – С. 13–16. 3.42. Хабиров С.С. Субъективная сторона преступлений против военной службы // Военное право: антология диссертаций. – Москва.: За права военнослужащих., 2011. С. 373-376. 3.43. Шилов А.И. Социально-демографическая характеристика осужденных к ограничению по военной службе // Актуальные проблемы современного российского права: Материалы VI Международной научно-практической конференции. Невинномысск, 7-8 мая 2014 года. – Невинномысск.: НГГТИ., 2014. С. 281-287. 3.44. Якушев А.Н. Общественно-опасные последствия преступлений против военной службы // Военное право: антология диссертаций. – Москва.: За права военнослужащих., 2011. С. 379-381. 4. Авторефераты, диссертации и монографии 4.1. Антонов Ю.И. Самовольное оставление части или места службы (уголовно-правовой аспект). Дис. …к.ю.н. – Москва., 2008. 201 с. 4.2. Панов И.И. Уголовная ответственность за самовольное оставление части или места службы и дезертирство. Дис. …к.ю.н. – Ростов-на-Дону., 2008. 199 с. 5. Электронные ресурсы 5.1. Официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации [Электронный ресурс] / Режим доступа: http://www.cdep.ru/ 5.2. Справочно-правовая система Консультант Плюс [Электронный ресурс] / Режим доступа: http://base.consultant.ru/ 5.3. Справочно-правовая система ГАРАНТ [Электронный ресурс] / Режим доступа: http://www.garant.ru/
Отрывок из работы

ГЛАВА 1. ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА НАРУШЕНИЕ ПОРЯДКА ПРОХОЖДЕНИЯ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ Исследование становления и развития законодательства, регулирующего воинскую уголовную ответственность, необходимо для того, чтобы, как писал профессор Н. Сергиевский, «дать ключ к уразумению и оценке действующего права в его целом и частностях». Э. Ферри утверждал, что в науке «нет такой вещи, которая бы не имела источника развития, она неизбежно должна быть продуктом предшествовавшего развития». Образование, становление и развитие на Руси законодательства, предусматривавшего уголовную и иную ответственность воинов (ополченцев, дружинников, ратных людей), непосредственно связано с образованием, становлением и развитием государства. В Древней Руси законодательство, определяющее уголовную ответственность воинов, начало развиваться, как и в других странах, после возникновения постоянных воинских формирований, что прямо связано с появлением воинской преступности. Военная организация древних славян впервые упоминается в трудах византийских историков VI–VII вв. . В то время войска славян представляли собой ополчение, состоявшее из всех взрослых мужчин племени. В русском писаном праве почти не упоминалось о совершении преступлений воинами. Между тем из некоторых документов усматривается, что преступления воинами (дружинниками) совершались и за это они наказывались. Так, в ст. 14 Договора Руси с Византией (944), приведенного в «Повести временных лет», сказано: «Если ударит кто мечом или будет бить каким-либо другим орудием, то за тот удар или битье пусть даст пять литр серебра по закону Русскому...». Относительно древним и важным источником общерусского права удельно-вечевого периода, действовавшим одновременно во всех областях Русской земли, является «Русская Правда». В «Русскую Правду», составленную в 1016 г. по указанию Ярослава Мудрого, вошли многие существовавшие тогда юридические обычаи. «Русская Правда» в качестве свода уголовных законов и норм судопроизводства использовалась в русских землях: Киеве, Новгороде, Пскове и Литве до первой четверти XII в. Как «Русская Правда», так и составленные позднее на ее основе Новгородская судная грамота (принятая на вече жителей Новгорода приблизительно в 1456 г.) и Псковская судная грамота (1467 г.), Двинская вечевая грамота (1397 г.) и Белозерская вечевая грамота (1482 г.) не содержали конкретных норм об ответственности воинов (дружинников, ополченцев). В текстах «Русской Правды» хотя и не содержалось норм военно-уголовного характера, однако факт установления в этом источнике ответственности за преступления против дружинников (80 гривен за убийство) по сравнению с простолюдинами (40 гривен за убийство) свидетельствует о том, что эти нормы, вероятно, распространялись и на самих дружинников как субъектов преступлений . Представляется, что данные нормы являлись не только карой, но и мерой предупреждения подобных преступлений, поскольку 80 и 40 гривен были в те времена большой денежной суммой. После объединения удельных княжеств (в которых действовали свои нормативные акты - грамоты) в единое Московское княжество возникла необходимость в едином законодательном акте, и в 1497 г. великим князем московским Иваном III (Васильевичем) был издан Судебник, который был составлен дьяком Владимиром Гусевым, а утвержден великим князем Иваном III и Боярской думой. В Судебнике, содержание которого во многом заимствовано из ранее действовавших грамот, имелось три раздела: первый содержал нормы о Московском (центральном) суде (в нем же были отражены нормы уголовного и процессуального права); второй - об областном суде (производство в этом суде поручалось наместникам и волостным начальникам), в этом же отделе размещались постановления, касающиеся гражданского права. Однако отдельных норм военно-уголовного права в нем также не было. В XIV–XV вв. воинские формирования начали формироваться из служилых дворян, бояр и их дворовых людей. Такого рода военная организация на случай нападения существовала вплоть до XVI в., т.е. до правления Ивана IV (Грозного). В указанный период отсутствия регулярной армии в глазах общества наилучшим князем был тот, кто непосредственно, не доверяясь никому, отправлял правосудие. Так же было и во время военных кампаний. Князья, их воеводы, тысяцкие сами решали, кого и каким образом наказать за предательство, неисполнение их указаний или трусость. Каких-то определенных норм по этому поводу, вероятно, не существовало, или же сведения о них не сохранились. Одно из первых упоминаний о воинском преступлении содержится в Судебнике 1550 г., в котором говорится о «градском здавце» (ст. 61). Имеется в виду начальник укрепленного города, который добровольно сдал его неприятелю. Наказанием за такое преступление была смертная казнь. В 1571 г. утвержден «Боярский приговор о станичной и сторожевой службе», содержавший «Устав об установлении сторожевой и станичной службы». Данный нормативный акт посвящен, говоря современным языком, пограничной службе. В случаях ее нарушения «сторожа» подвергались наказанию: при опоздании к месту несения службы в течение нескольких дней назначался денежный начет в пользу несших за опоздавшего службу лишние дни; если нападения неприятеля не происходило, а дозорщики обнаруживали, что сторожа-станичники несли службу небрежно, то они наказывались кнутом; если же при нарушении этих норм происходило нападение неприятеля, то в отношении виновных применялась смертная казнь. Необходимость в издании настоящего правового акта была вызвана тем, что со второго половины XIV столетия на границе с Польшей стали устанавливаться укрепленные городки - для несения сторожевой службы на месте и станичной службы - для постоянных разъездов. Службу несли городовые казаки, служилые татары, боярские дети и стрельцы. В 1577 г. великим князем было издано постановление, по которому боярские дети, назначенные для охраны границы государства и стоящие на очереди для заступления на посты, не должны были отлучаться с места жительства, а при получении сведений о приближении неприятеля обязаны были являться на службу. В ином случае, если военных действий не было, они наказывались кнутом и снижением поместного денежного оклада. Если же имели место военные действия, то от великого князя им полагалась смертная казнь. Во время усиления роли государства в общественной жизни возникла потребность осуществления постоянной охраны страны. Для этого необходимо было создание обученного, дисциплинированного, находящегося в постоянной боевой готовности регулярного войска. Первые постоянные полки Московского государства (стрелецкие) были созданы при Иване IV. Потребовалось правовое регулирование прав и обязанностей людей, находящихся на военной службе, а также регулирование ответственности за их нарушение. Начиналось формирование законодательства, объединяющего нормы военного и уголовного права. Первым законом, объединяющим нормы военного и уголовного права, был «Устав ратных, пушкарских и других дел, касающихся до военной науки» 1621 г. Самым первым источником российского права, который содержал в себе нормы об ответственности именно за самовольное оставление части или места службы, является Соборное Уложение Алексея Михайловича 1649 г., гл. VII которого именовалась «О службе всяких ратных людей Московского государства» . В рамках ст. 8 Соборного Уложения содержались нормы, регламентирующие уголовную ответственность за побег ратных людей с государевой службы из палков: «А которые государевы ратные всяких чинов люди будут на государево службе в полках, и государева служба им по розбору служити мощно, а они не дождався отпуску з государевы службы зъбегут, и им за побег чинити указ...». В ст. 10 рассматриваемого Уложения содержался запрет боярам и воеводам отпускать с государевой службы ратных людей без государева указа, несмотря на возможные с их стороны уговоры. Указанное предписание заключалось в том, что побег представлял собой оставление ратным человеком государевой службы при отсутствии разрешения воеводы (боярина) и без государева указа. В ст. 9 закреплялось правило, в соответствии с которым наравне с ратными людьми за побег со службы отвечали кормовые люди, стрельцы, казаки, даточные люди и даже иноземцы: «А будет с службы збежит иноземец, или иной какой кормовой человек, или стрелец, или казак, или даточной человек: и тех сыскивая и чиня жестокое наказание, бив кнутом, выслати их на государеву службу в полки к воеводам с приставы». В соответствии со ст. 8 Уложения была произведена дифференциация ответственности за побег. Так, в зависимости от того, был ли совершен побег в первый раз или был ли он повторным, ответственность повышалась. Ст. 19 Соборного Уложения 1649 г. предусматривала более строгую ответственность за побег, который совершался в период боевых действий, чем за побег в мирное время. Так в данной статье содержалось следующее положение: «А будет которой служилой человек, будучи на государеве службе, з бою збежит к себе домов, а воеводы на него о том отпишут к государю, и у таких за тот побег ис поместных их и ис денежных окладов убавити половина, да у них же ис поместей их взятии на государя половину же, да им же за то чинити наказание, бити кнутом нещадно». Также положения Соборного Уложения 1649 г., помимо установления ответственности за совершение побега, содержали в себе регламентацию некоторых вопросов поступления на государеву службу и ее прохождения. Так, ратные люди могли поступать на службу с 18 лет. Освобождались от службы, в свою очередь, они по возрасту, по болезни или ввиду увечья. При этом данными лицами должен быть представлен кто-то вместо себя (родственник, даточные люди) или внесены деньги в казну. Анализ указанных положений позволяет утверждать о наличии в законодательстве рассматриваемого периода оснований для освобождения от государевой ратной службы и обязанность лица, освобождаемого от службы на законных основаниях, направить вместо себя на службу иных людей либо заплатить деньги в казну. Ст. 13 Соборного Уложения 1649 г. предусматривала, что ратные люди могли отпроситься с государевой службы на определенное время. Воеводы и бояре отпускали их только при наличии веских причин («разорение дома, побег зависимых людей, иное самое нужное дело» ). Анализ ст.ст. 8–10, 13–19 Соборного Уложения 1649 г. позволяет сделать вывод о том, что понятие «побег», предусмотренное данными статьями, охватывало любое самовольное оставление лицом государевой службы как в мирное время, так и в период боевых действий. При этом не принимались во внимание продолжительность и цель совершения побега. Не было ответственности за пассивную форму поведения (бездействие) - неявку ратных людей в срок на службу (например, из отпуска, с места лечения) . В другом памятнике уголовного права - Артикуле воинском (1715 г.) Петра I - установлена ответственность за такие преступления, как отлучка, самовольное оставление части и иные виды уклонений от военной службы (хотя эти понятия и не разграничиваются). Все виды уклонений от военной службы, предусмотренные в Артикуле воинском, охватываются понятием дезертирства. Это следует из того, что гл. 12 Артикула воинского «О дезертирах и беглецах» называет каждый вид уклонения от военной службы дезертирством, а лицо, его совершившее, - дезертиром и (или) беглецом. В соответствии с нормами гл. 12 Артикула воинского дезертиром мог признаваться как беглый солдат, так и солдат, который уклонился от службы иным способом. Например, «с страху больным притворился, и офицера тем обманул». Таким образом, Артикул воинский не содержит четкого определения понятий «дезертирство» и «дезертир», хотя они уже давно были разработаны римским военным правом. В Артикуле воинском впервые обосновывается опасность отлучки солдата в условиях боевых действий: «Ибо в войне никогда в безопасности быть не можно, и солдаты всегда надобны, такожде должно им по вся мгновения ока в готовности быть. И сверх того обыкновенное подозрение бывает на оставшегося назади или наперед ускорившаго, что оный или грабежа или убежания ради от войска отлучается. И такого может случитися, что легко неприятель может их в полон взять и известие получить о войске. Сие ради многих таких вредительных следств как возможно предостерегать надобно». Иными словами, опасность отлучки солдата со службы заключалась: в подрыве боеготовности войска; в возможном совершении солдатом иных преступлений (грабеж, дезертирство); в возможном его пленении и разглашении им военной тайны . Все это в полной мере относится и к самовольному оставлению части, и к дезертирству. Признавая опасность отлучки, Артикул воинский выделил объективный (материальный) признак преступления, не зависящий от чьей-либо воли, - его антисоциальность. Это важно, так как общее понятие преступления в эпоху Петра I ограничивалось формальным признаком и определяло «... и мятеж, и убийство, и ношение бороды, и срубку заповедного дерева равно важными деяниями, достойными смертной казни, ибо все это виновный делает, одинаково не страшась царского гнева». Определение опасности отлучки в Артикуле воинском - важный этап дифференциации ответственности за уклонения от военной службы. В гл. 12 Артикула воинского «О дезертирах и беглецах» в сравнении с положениями Соборного Уложения 1649 г. конкретизирован такой признак преступления, как место службы. Под ним понимают гарнизон, обоз, поле боя, крепость . По Артикулу воинскому преступлением считаются бегство, уход, отступление, переход к неприятелю, симуляция болезни. Артикул воинский называет и такую форму преступления, как неявка в срок на службу (бездействие): не явиться означало «замедлиться». Несмотря на то, что гл. 12 Артикула воинского не предусматривает ответственности за самовольное оставление части или места службы как за самостоятельное преступление, артикул 100 впервые устанавливает ответственность непосредственно за пассивную форму самовольного оставления части или места службы (неявку): «Ежели кому из гарнизону, крепости или из иных каких мест, куда ехать позволено будет, а оный сверх ему назначенного сроку без знатных и важных причин замедлится, тогда оному надлежит за каждые 7 дней, счисляя от срока отпуска его, по месяцу жалованья вычесть». В артикуле 100 названы следующие уважительные («знатные») причины неявки: «1) когда опоздавший занемог; 2) арестован; 3) когда помешал неприятель прибыть; 4) когда он ума лишился; 5) когда страх от огня или воды претерпел; 6) ежели родители его, или кто дом правит, умрут» . Другие причины признать «знатными» и важными мог судья. Артикул воинский впервые законодательно связывает ответственность за совершение бегства (дезертирства) с принципом вины. Об этом свидетельствует, например, артикул 97, установивший ответственность за бегство с поля боя, совершенное виновными лицами - командирами или рядовыми: «Полки, или роты, которые с неприятелем в бой вступя, побегут, имеют в генеральном военном суде суждены быть. И есть ли найдется, что начальныя притчиной тому были, оным шпага от палача переломлена и оныя шельмованы, а потом повешены будут. А ежели начальныя и рядовыя в том преступили, то начальныя, как выше сего упомянуто, накажутся, а из рядовых по жребию десятой (или как по изобретению дела положено будет) повешен, а протчие шпицрутенами наказаны будут ...». Таким образом, обвиняемый должен был сам доказать (оказать), что в побеге нет его вины. Это свидетельствует, говоря современным языком, о наличии презумпции виновности, т.е. объективного вменения, и об отсутствии презумпции невиновности. Артикул воинский интересен и тем, что в нем предусмотрена ответственность при обнаружении умысла на совершение такой формы дезертирства, как переход на сторону врага: «...когда многие умыслят к неприятелю перебежать, а действительно того не учинят, оные ...живота лишены бывают» . Этап, на котором обнаруживался замысел лица совершить преступление и при этом никаких действий (даже подготовительных) не совершалось, теорией уголовного права России в течение более двухсот лет после Артикула воинского считался совершением преступления, его стадией (злоумышлением). Ответственность за неоконченное преступление и за соучастие в преступлении Артикул воинский не устанавливал. Вместе с тем опасность формирования умысла на дезертирство была очевидна, поэтому его обнаружение и наказывалось. Таким образом, представленный вопрос дипломной работы содержит в себе следующие выводы. Первым правовым актом, регламентирующим вопросы преступления, содержащего в себе признаки самовольного оставления части или места службы, выступает Соборное Уложение 1649 г., в котором подобное деяние именовалось побегом. Были установлены обязательные признаки побега (бегство «з государевы службы в полках», «не дождався отпуску», «без государеву указу» и «без разрешения бояр и воевод»). Ответственность была дифференцирована в зависимости от того, в какой раз совершается побег и от того, в какой обстановке он совершается (мирной или боевой). Ответственность за побег была предусмотрена и для иностранцев («иноземцев»), и для подданных, находящихся на государевой службе. Также в качестве правового акта, регламентирующего уголовную ответственность за самовольное оставление части или места службы, выступает Артикул воинский, а именно его гл. 12 «О дезертирах и беглецах». В соответствии с положениями Артикула воинского отлучка, самовольное оставление части или места службы, побег и иные формы уклонения от военной службы охватывались понятием «дезертирство». Ценным для развития законодательства о рассматриваемом преступлении является определение опасности самовольной отлучки солдата в боевых условиях. В Артикуле воинском конкретизируется такой признак преступления, как место службы. Впервые устанавливается ответственность за неявку в срок на службу без уважительных причин (артикул 100), называются уважительные причины неявки. Артикул воинский установил ответственность за совершение дезертирства при наличии вины. Вместе с этим он содержал положения, предусматривающие ответственность и при отсутствии вины. В частности, за невиновное оставление поля боя и в случае обнаружения умысла на совершение дезертирства. Развитие уголовного законодательства об ответственности за самовольное оставление части или места службы, как мы видим, тесно связано с процессами, происходящими в государстве и армии. В начале ХХ в. Россия переживала острый политический кризис. В ходе Февральской революции 1917 г. прекратила свое существование императорская власть. Полномочия офицеров в армии были переданы выборным комитетам. Временное правительство во главе с А.Ф. Керенским сначала разрешило войскам, участвовавшим в февральском революционном движении 1917 г., не выходить из Петрограда, а потом (в июле 1917 г.) воспрепятствовало движению генерала Л.Г. Корнилова по наведению дисциплины в войсках и порядка в тылу . В результате этих «шагов» правительство утратило контроль над большей частью своих вооруженных сил. Кризис в армии усугублялся войной с Германией и нежеланием солдат отправляться на фронт. Дезертирство стало массовым явлением. Армию в среднем в месяц самовольно оставляло 30 900 человек. За пять месяцев после февральской революции из армии дезертировало свыше 150 000 солдат . Даже для шестимиллионной армии это было ощутимо. Восстановленная в июле 1917 г. смертная казнь для военнослужащих (она была отменена Временным правительством 12 марта 1917 г.) не помогла установлению должной дисциплины в войсках. 1 сентября 1917 г. Россия провозглашается республикой. 25 октября (7 ноября) 1917 г. в Петрограде происходит восстание и власть переходит Советам рабочих и солдатских депутатов. Отменяется действие старых законов. Создается новое государство, армия. Начинает формироваться социалистическое право. В нем нуждалась новая власть, чтобы удержать свои завоевания в непростой период: шла Гражданская война, продолжалась война с Германией и другими странами. В годы Гражданской войны и иностранной военной интервенции был издан ряд актов о борьбе с дезертирством, в которых оно рассматривалось как одно из самых тяжких преступлений, раскрывалась его общественная опасность как преступления, равносильного предательству, и подчеркивалась необходимость решительной борьбы с ним. Самовольное оставление части или места службы, даже не с целью вовсе уклониться от военной службы, также признавалось дезертирством. Понятие дезертирства как тяжкого воинского преступления было дано в декрете Правительства от 26 апреля 1918 г. «О сроке службы в Рабоче-крестьянской Красной армии»: «Всякий солдат Красной Армии, который самовольно покинет ряды армии до истечения указанного срока, подвергается ответственности по всей строгости революционных законов, вплоть до лишения прав гражданина Советской республики» . Срок прохождения военной службы в отношении граждан, добровольно поступивших на службу, устанавливался этим же декретом продолжительностью не менее шести месяцев. 29 мая 1918 г. издается декрет «О принудительном наборе в Рабоче-крестьянскую Красную Армию». Вскоре V Всероссийский съезд Советов (4-10 июля 1918 г.) закрепил всеобщую воинскую повинность. Необходимость поддержания воинской дисциплины в армии, формируемой на принудительно основе. Постановление Совета рабочей и крестьянской обороны от 25 декабря 1918 г. «О дезертирстве» установило для дезертиров различные жесткие виды наказаний: «в переделах от денежных вычетов (в утроенном размере причитавшегося им за время отсутствия в части содержания) до расстрела включительно». Постановление Совета рабочей и крестьянской обороны от 3 марта 1919 г. «О мерах борьбы с дезертирством» установило ответственность должностных лиц, виновных в укрывательстве дезертиров. В Постановлении Совета рабочей и крестьянской обороны от 3 июня 1919 г. «О мерах по искоренению дезертирства» была установлена ответственность за дезертирство, за соучастие в нем, за уклонение от службы в рядах Красной Армии различных категорий лиц: а) не являвшихся в армию в течение установленного срока, объявляемых врагами и предателями трудящегося народа; б) укрывателей дезертиров; в) семей дезертиров; г) местного населения, виновного в упорном укрывательстве дезертиров; д) должностных лиц, виновных в укрывательстве . Это постановление, изданное в разгар Гражданской войны, в период максимального напряжения всех сил Советской власти и всех трудящихся, значительно усиливало наказания за дезертирство как за измену революции. Отсюда усиление ответственности должностных лиц, виновных в пособничестве дезертирам и их укрывательстве, вплоть до введения коллективной ответственности. Действительно, когда армия являлась единственным институтом, способным отстоять государство рабочих и крестьян, и к тому же была немногочисленна и слабо вооружена, тогда и не могло быть по-другому. Каждый солдат был на счету, и даже единичный случай побега с поля боя мог привести к поражению и, как следствие, к прекращению существования государства. В таких условиях общественная опасность дезертирства неимоверно возрастает. Законодательство периода Гражданской войны насчитывает достаточно большое число декретов, которые ту или иную категорию лиц приравнивали к дезертирам. Например, рабочих и служащих, признанных военизированными; лиц, скрывающих свою специальность; лиц, уклоняющихся от трудовой мобилизации . Законодательство периода Гражданской войны, концентрируя первоначально внимание на разработке норм о борьбе с дезертирством и укрывательством дезертиров, постепенно формировало стройную систему преступлений. В мае 1922 г. был принят УК РСФСР, в котором понятие дезертирства неоднократно подвергалось изменениям в зависимости от социально-политической обстановки. Первоначально статья 204 УК РСФСР 1922 г. определяла дезертирство как «самовольное оставление части или места службы с целью уклониться от несения военной службы или участия в боевых действиях» . В основу этого понятия был положен субъективный критерий. В октябре 1922 г. в ст. 204 УК РСФСР 1922 г. были внесены изменения. В измененной редакции ст. 204 была следующей: «Самовольное оставление военнослужащим своей части или места службы, продолжающееся свыше шести суток, хотя бы военнослужащий и явился добровольно, признается побегом. Самовольное оставление военнослужащим своей части или места службы, продолжающееся менее шести суток при условии добровольной явки признается самовольною отлучкою и карается по уставу дисциплинарному. Однако учиненное в боевой обстановке оставление своей части или места службы считается, сколько бы оно ни длилось, побегом и карается как таковой. Наказанию за побег или самовольную отлучку подвергаются также и военнослужащие, не явившиеся в срок без уважительных причин из командировок, кратковременных отпусков, отпусков по болезни, при переводах и перемещениях и в иных подобных случаях» . Согласно ст. 204 УК РСФСР 1922 г. самовольной отлучкой как дисциплинарным проступком считалось самовольное оставление части, совершенное в мирной обстановке, продолжающееся менее шести суток при условии добровольной явки.
Не смогли найти подходящую работу?
Вы можете заказать учебную работу от 100 рублей у наших авторов.
Оформите заказ и авторы начнут откликаться уже через 5 мин!
Похожие работы
Дипломная работа, Право и юриспруденция, 67 страниц
3500 руб.
Дипломная работа, Право и юриспруденция, 102 страницы
430 руб.
Дипломная работа, Право и юриспруденция, 66 страниц
410 руб.
Дипломная работа, Право и юриспруденция, 70 страниц
390 руб.
Дипломная работа, Право и юриспруденция, 97 страниц
500 руб.
Служба поддержки сервиса
+7(499)346-70-08
Принимаем к оплате
Способы оплаты
© «Препод24»

Все права защищены

Разработка движка сайта

/slider/1.jpg /slider/2.jpg /slider/3.jpg /slider/4.jpg /slider/5.jpg