Войти в мой кабинет
Регистрация
ГОТОВЫЕ РАБОТЫ / ДИПЛОМНАЯ РАБОТА, ПРАВО И ЮРИСПРУДЕНЦИЯ

Досудебное соглашение о сотрудничестве как уголовно-процессуальная категория

irina_k200 1625 руб. КУПИТЬ ЭТУ РАБОТУ
Страниц: 65 Заказ написания работы может стоить дешевле
Оригинальность: неизвестно После покупки вы можете повысить уникальность этой работы до 80-100% с помощью сервиса
Размещено: 21.09.2020
Объектом данной работы выступают общественные отношения, возникающие в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации. Предмет данной работы составляют положения УПК РФ, посвященные правовому регулированию заключения досудебного соглашения о сотрудничестве. Цель данной работы — проанализировать особенности заключения досудебного соглашения о сотрудничестве в российском уголовном процессе. Достижение поставленной цели обеспечивается посредством решения следующих задач: ? изучить исторический аспект возникновения и развития института досудебного соглашения о сотрудничестве в российском уголовном процессе., ? охарактеризовать понятие и сущность института досудебного соглашения о сотрудничестве., ? проанализировать субъектную составляющую и порядок заключения досудебного соглашения о сотрудничестве., ? выявить актуальные проблемы заключения досудебного соглашения о сотрудничестве. Достижение поставленной цели и решение поставленных задач обеспечиваются посредством применения ряда научных методов познания, включая методы исторически-правового, сравнительно-правового и системно-структурного анализа. Теоретическая значимость выпускной квалификационной работы заключается в расширении научных представлений о досудебном соглашении о сотрудничестве как уголовно-процессуальная категория. Уточнены такие понятия как: соглашения о сотрудничестве, сделка в уголовном процессе, упрощенное уголовное судопроизводство, особый порядок судебного разбирательства, сторона обвинения, лица сотрудничающие со следствием, правовая природа досудебного соглашения имеющая договорный характер. Практическая значимость и элементы новизны 1. Обобщен практический опыт применения досудебного соглашения о сотрудничестве на примере деятельности Следственного отдела ОМВД России по Туймазинскому району. 2. Рассмотрена документация по вопросам применения досудебного соглашения о сотрудничестве. База исследования – Следственный отдел ОМВД России по Туймазинскому району. Методы исследования. Для решения поставленных задач и проверки исходных положений был использован комплекс взаимодополняющих методов исследования, таких как: анализ, постановка проблем, изучение литературы, изучение и обобщение практического опыта. Структура работы обусловлена поставленной целью и задачами и включает в свое содержание введение, две разделенные на параграфы главы, посвященные последовательному решению поставленных задач, заключение, список источников и литературы и приложения.
Введение

С учетом необходимости оптимизации производства по уголовным делам, предполагающей его упрощение, а также обеспечения должных сроков наступления уголовной ответственности, возрастает значимость согласительных процедур на досудебных стадиях уголовного судопроизводства. Проблема заключается в том, что само введение указанной главы 40.1 «Особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве» в УПК РФ порождало огромное количество вопросов и дискуссий, неясность толкования правовых норм, которые законодатель так и не исключил при принятии Федерального закона № 141-ФЗ. Актуальность досудебное соглашение о сотрудничестве занимает особое место в системе таких процедур, обусловленное спецификой данного уголовно-процессуального института как направленного на оптимизацию и обеспечение разумного срока производства по уголовным делам. Отметим, что данный институт нашел свое отражение и закрепление в законодательстве ряда зарубежных государств, в первую очередь — в государствах, относящихся к англо-саксонской правовой семье. Вместе с тем рассматриваемый институт распространен также в ряде государств континентальной правовой системы. Следует, однако, отметить, что для континентальной правовой системы характерно сужение сферы применения досудебного соглашения о сотрудничестве в связи с изначально неравноправным процессуальным положением сторон обвинения и защиты. С учетом изложенного, изучение особенностей заключения досудебного соглашения о защите в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством РФ приобретает как теоретическую, так и практическую значимость. Актуальность проблемы состояния исходных положений, на которые базируются отношения в любой сфере, в настоящее время определила выбор темы выпускной квалификационной работы «Досудебное соглашение о сотрудничестве как уголовно-процессуальная категория». Нормативно-правовая база исследования: 1. Конституция Российской Федерации. 2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. 3. Уголовный кодекс Российской Федерации. 4. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. №16 «О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения сотрудничестве». Степень разработанности и теоретико-методологическая база исследования: применения досудебного соглашения о сотрудничестве нашла свое отражение в работах таких авторов, как: Бахновский А.В., Абшилава Г.В., Багаутдинов Ф.Н., Головизнин М.В., Трубникава Т.В., и другие.
Содержание

Введение 3 Глава 1. Досудебное соглашение о сотрудничестве: понятие и сущность 6 1.1. Исторический аспект института досудебного соглашения о сотрудничестве 6 1.2. Понятие и сущность досудебного соглашения о сотрудничестве в российском уголовном процессе 20 Глава 2. Процессуальный порядок заключения и вопросы исполнения досудебного соглашения о сотрудничестве 31 2.1. Порядок заключения досудебного соглашения о сотрудничестве и его субъектная составляющая 31 2.2. Актуальные вопросы исполнения досудебного соглашения о сотрудничестве 43 Заключение 55 Список источников и литературы 60 Приложение
Список литературы

Нормативно-правовые акты 1. Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 года (принята всенародным голосованием 12.12.1993 г. // с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 21 июля 2014 г. № 11-ФКЗ) // Собрание законодательства РФ. – 2014. – № 31. 2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации [Федеральный закон от 18 декабря 2001 № 174-ФЗ: принят Государственной Думой 22 ноября 2001, одобрен Советом Федерации 5 декабря 2001, с изм. и доп. от 27 декабря 2019 № 500-ФЗ] // Российская газета. – 2011. – № 251. 3. Уголовный кодекс Российской Федерации [Федеральный закон от 13.06.1996 № 63-ФЗ: принят Государственной Думой 24 мая 1996, одобрен Советом Федерации 5 июня 1996 года, с изм. и доп. От 18.02.2020 №22-ФЗ // Российская газета. - 1996. - № 302 4. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: федер. Закон Рос. Федерации от 29.06.2009 № 141-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. - 2009. - № 26. 5. Приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 15.03.2010 г. № 107 «Об организации работы по реализации полномочий прокурора при заключении с подозреваемым или обвиняемым досудебных соглашений о сотрудничестве по уголовным делам» 6. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР [Федеральный закон от 18.05.1995 года №79-СЗ] // Собрание законодательства Рос. Федерации – 1995. Литература 7. Абшилава Г.В. К вопросу о предмете досудебного соглашения о сотрудничестве сторон в уголовном процессе, // Уголовно-процессуальный закон: состояние и направления совершенствования: Материалы межведомственной научно-практической конференции. М.: Московский ун-т МВД России, 2018 – 250 с. 8. Бахновский А.В. Сделка с правосудием: особенности англосаксонской и континентальной правовой традиции: автореферат. Краснодар, 2016 – 100 с. 9. Багаутдинов Ф.Н., Нафиков И.С. Актуальные вопросы реализации в уголовном судопроизводстве досудебного соглашения о сотрудничестве // Российская юстиция, 2018 – 60 с. 10. Боярская А.В., Леонов А.И. Материально-правовые основания производства, предусмотренного гл. 40.1 УПК РФ // Уголовное право, №1, 2016 – 300 с. 11. Вдовцев П.В., Каркошко Ю.С. К вопросу о предмете досудебного соглашения о сотрудничестве // Российский следователь, №11, 2016 – 70 с. 12. Глухов Д.В. Исторические предпосылки возникновения института особого порядка судебного разбирательства в России, 2016 – 120 с. 13. Головинский М.М. Досудебное соглашение о сотрудничестве: нормативно правовое регулирование и практика применения: дис. канд. юрид. наук. Владимир, 2017 – 190 с. 14. Головизнин М.В. О природе особого порядка принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве // Российский судья, №7, 2018 – 100 с. 15. Дзидзоев А.Д. Судоустройство и судопроизводство в республиках Северного Кавказа в период с 1918 по 1940 гг. // Труды СГА, №4, 2017 – 110 с. 16. Евстигнеева О.В. Сделка о признании вины – международно-правовой институт в российском правовом поле // Правовые проблемы научного прогресса. М.: Юриспруденция, 2018 – 350 с. 17. Исмаилов Б.И. Теоретические аспекты использования институтов ускоренного порядка рассмотрения дел и «сделок о признании вины» в правоприменительной практике зарубежных государств // Российский судья, 2016 – 120 с. 18. Карпов О. В., Маслов И. В. Досудебное соглашение о сотрудничестве: проблемы правового регулирования и вопросы порядка применения // Уголовный процесс, №9, 2018 – 120 с. 19. Касаткина С.А. Соглашение о сотрудничестве в российском уголовном процессе // Актуальные проблемы уголовного права и уголовного процесса: труды Института государства и права РАН. М., 2017 – 270 с. 20. Ожегов С. И. Словарь русского языка: около 53 000 слов / под ред. проф. Л. И. Скворцова. 24-е изд., испр. М., 2015 – 972 с. 21. Пиюк А.В. Проблемы применения упрощенных форм разрешения уголовных дел в судопроизводстве российской федерации в свете типологии современного уголовного процесса: монография. Томск: Томский государственный университет, 2017 – 270 с. 22. Парфенов В. Н. Проблемы обеспечения прав и законных интересов потерпевшего при особом порядке принятия судебного решения в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве. // Российский Судья, №11, 2018 – 50 с. 23. Смирнов А.В. Особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве // Уголовный процесс, №10, 2017 – 150 с. 24. Статистические данные применения «досудебного соглашения о сотрудничестве» // Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Республике Башкортостан, 2020 – 5 c. 25. Тишин Р.В. Право на досудебное соглашение о сотрудничестве как элемент конституционной правосубъектности лица, привлекаемого к уголовной ответственности // Российский следователь, №6, 2016 – 90 с. 26. Трубникава Т.В. Упрощенные судебные производства в уголовном процессе России и практика применения: дис. канд. юрид. наук. Томск, 2018
Отрывок из работы

Глава 1. Досудебное соглашение о сотрудничестве: понятие и сущность 1.1. Исторический аспект института досудебного соглашения о сотрудничестве Общеизвестно, что досудебное соглашение – это заимствованный институт и отечественному праву в прошлом незнакомый. По этой причине, для понимания его правовой природы необходимо рассмотреть появление этого института в зарубежных странах. Сразу отступимся, что «досудебное соглашение о сотрудничестве» не во всех странах используется как понятие и по своему роду наполнению, в виду того что в каждой национальной системе права используется свои аналоги, такие как «сделка с обвинением», «сделка о признание вины» и так далее. Рассмотрим особенности возникновения «сделок с обвинением» в странах с англосаксонской правовой семьей, их не простой и длительный путь распространения на континент, а также изменения, которые они подверглись за всю историю. Выбранный нами аспект исследования не случаен. Англосаксонская и континентальная правовые семьи представляют из себя разные пути исторического развития, которые отличаются отношением к сути, источникам, традициям и культурой каждого народа. На основании многих различий значительно менялся опыт применения «сделки с обвинением» в этих государствах. Понятие «сделка с правосудием» появилось в США еще в 19 веке. Ее точной датой указывают 1839 год. В этот год американский юрист Реймонд Моли впервые упомянул и опубликовал статистику «сделки с правосудием». За полстолетия этот институт получил огромную популярность в решение проблем, связанных с огромной загруженностью, сложностью и объемностью организации суда с участием присяжных. Поэтому правоохранительная система США выработала и сохранила адекватный процессуальный институт в виде «сделки с правосудием» в котором добились экономии и снижение нагрузки на судебные и следственные органы. Впрочем, данная практика «сделки с обвинением» получила критику со стороны представителей власти. Ее осуждали за чрезмерные снисхождения к преступникам, также при определенных обстоятельств вынуждали невиновных признаться в совершении преступлении, а неопытные обвинители подменяли суд, принимая окончательное решения. Но, наличие такой критики не поспособствовало торможению роста. А.В. Бахновский в своем исследовании приводит сведения, собранные Реймондом Мойли о скорости распространения сделки во всем США. Так, по его данным до 19 века «сделка с правосудием» применялась в эпизодическом характере в ряде отдельных прецедентов и не имела своего самостоятельного института. Однако уже в 1839 году в штате Нью-Йорк 25% всех уголовных дел были рассмотрены в порядке признание вины. В последующем практика признание вины и заключение досудебного соглашения продолжало расти и процент уголовных дел, по которым заключились сделки, оставался высоким [8, c.63]. При анализе возникновения института заключения сделки с обвинением, истории ее становления в США нельзя не учитывать саму специфику англо-саксонской правовой семьи и особую роль судебных инстанций в правотворчестве. Различные аспекты и реализации сделки с обвинением в США подвергались корректировке Верховным судом США. Известные примеры решений Верховным судом относят такие как: «Штат Северная Каролина против Альфорда» 1970 года, «Сантобелло против штата Нью-Йорк» 1971 года, «Борденкичер против Хайес» 1978 года [8, c.40]. Иной характерной чертой сделок с обвинением в американском уголовном процессе является их различение. Так, исторически сложилось два типа сделок о признание виновности и сотрудничестве с обвинением (критерий – характер обязательств виновного). Сделка с обвинением в США можно разбирать и по иному критерию. В соотношении от обязательств, принимаемых стороной обвинения, имеются два типа сделок с правосудием. Первый элемент – сделки связанных с изменением объема обвинения (то есть charge bargaining). Нередко они связаны с переквалификации деяний на норму учитывающую ответственность за менее тяжкое правонарушение. Иным типом сделок являются сделки об определении точного размера и вида наказания либо об ограничении срока или соразмерности наказания (sentence bargaining). Эти два варианта сделок отмечены в 11 правиле Федеральных Правил уголовного судопроизводства в США. Несмотря, на показанное разнообразие, общим свойством данных сделок представляется их двухсторонний взаимообязательный характер. У стороны обвинения присутствует широкий арсенал средств, посредством которых у них есть возможность предлагать обвиняемому требуемое в обмен на признание вины либо на сотрудничество. Данный факт исключительно важен и свидетельствует о рождении действительно нового института, более сложного в отличие от смягчающих наказание обстоятельств и тому подобных [16, c.291]. В отношении других государств англо-американской правовой системы отметим что их опыт заключения соглашения о сотрудничестве позаимствован из США и представлен в гораздо более минимальным и специфическом виде. Вместе с тем, такое заимствования происходило довольно длительное время, следовательно, срок существования рассматриваемого института в этих государствах невелик. В странах Британского Содружества применение сделок (так называемое plea bargaining) крайне ограничено: из стран англо-американского типа уголовного судопроизводства они присутствуют исключительно лишь в частях Англии и Уэльсе и в одном из штатов Австралии – штат Виктория. При всем этом используемые здесь конструкции имеют очень мало общего с американской сделкой. Некоторые ученые полагают, что идея торга обвинением противоречит статье 8 Закона, Соединённого королевства о правах человека. И поэтому то количества соглашений с обвиняемыми низок. Суды оставляют за собой право принимать решение избираемого меры наказания, по этой причине сделки по поводу меры наказания здесь не допускаются [21, c. 166]. Рассмотрим некоторые вопросы имплементации правового института «сделка с правосудием» в континентальную правовую семью. Практика использования ими сделки весьма невелика и по времени, и по масштабам её применения (это касается только соглашения о сотрудничестве; сделка именно признания вины получило наиболее популярность в Европе) по этой причине принимая во внимание разность англо-американского и европейского уголовного процесса представляется необходимым соотнести состязательную и следственную модели уголовного процесса на предмет возможности для сторон вести диалог, в том числе и заключать соглашения. По мнению некоторых ученых, сделка именно как соглашения сторон возможна исключительно в состязательном процессе, где представлены две полноправные стороны, которая не только могут обусловить судьбу вопроса наказания инкриминируемого деяния, но и пересмотреть доказательную базу того или иного обвинения. В отличие от США, страны Европы демонстрируют более сдержанный подход к «plea bargaining». Возможность применения соглашений о признании вины в зависимости от того, превышает ли требуемое обвинителем наказание определенный законом размер или ставится в зависимость непосредственно от срока лишения свободы. Это связано с очевидным отличием моделей уголовного судопроизводства в указанных правовых системах: странам континентальной Европы характерен следственный либо смешанный характер судопроизводства, сочетающий следственную форму предварительного следствия и состязательное судебное разбирательство [21, c.213]. Рассмотрим несколько примеров. Ведение даже ограниченной формы сделки с обвинением во Франции по сей день вызывает споры. Механизм подобный сделки был введен лишь в 2001 году в сильно ограниченном виде. В данной системе обвинитель мог предложить подозреваемым по нетяжким преступлениям наказание, не превышающее одного года тюремного заключения заключить сделку; в случае если сделка принимается ее должен одобрить и судья. Во Франции только незначительное количество дел разрешается путем заключения сделки с правосудием. В целом французская модель сделки с обвинением находится в пограничном положении меж депенализацией деяния и примером англо-саксонского опыта. Другим государством, чей опыт принятия сделок с обвинением представляется интерес, является Италия. В Италии аналогом сделки с обвинением является упрощенная процедура для «pentito» (что означает – тот, кто раскаялся). Приговоры в отношении данных лиц выносились менее суровые, в случае если они сообщали судьям какую-либо полезную информацию [21, c. 215]. Последующим этапом в становлении института в Италии является 1989 год – принятие нового уголовного-процессуального кодекса Италии. В УПК Италии были закреплены две сокращённые процедуры: «abbreviato» и «patteggiamento». «Abbreviato» представляет собой ускоренное производство, проводимое по делам небольшой тяжести в рамках предварительного слушания, при котором суд выносит решение на основе доказательств, имеющихся в деле. В рамках этой процедуры никаких соглашений между обвинением и защитой не заключается, по результатам слушаний возможно оправдание обвиняемого, а наказание должно быть сокращено на одну треть по сравнению возможным наказанием в обычном процессе. Вторая сокращённая процедура, называемая «patteggiamento» - «ходатайство о наказании по просьбе сторон». При подаче такового ходатайства, порядок рассмотрения дела и наказание устанавливается в зависимости от признания вины и наличия соглашения меж сторонами обвинения и защиты. Другими словами, в Италии суть сделки с правосудием касается только самого наказания, не предполагая договорённости о частичном отказе от предъявляемого обвинениям либо изменении сути обвинения. И таким образом таковая сделка скорее вряд ли имеет природу двухстороннего соглашения [21, с. 219]. В целом, оценивая исторический опыт зарубежных стран в области применению сделок с обвинением, заметно, что практика выработала большое множество различных вариантов компромиссных процедур, которые способствуют более быстрому и недорогому разрешению уголовных дел. Впрочем, далеко не все они являются сделками. В этой связи очевидны две тенденции. Первая – заключение полноценного договора, устанавливающего права и обязанности как обвиняемого, так и стороны обвинения. Примером служит опыт Соединенных Штатов, когда обвиняемый всегда может полагаться на смягчение обвинения или даже отказ прокурора от обвинения взамен на сотрудничество или признание вины. Другая тенденция, которая характерна странам континентальной Европы. В этом случае сотрудничество обвиняемого является по сути своей смягчающим наказание обстоятельство и может повлечь для него лишь назначение более мягкого либо меньшего по размеру наказание. И это не есть обязательство стороны обвинения, заключающей соглашение, а норма закона, которая по тем или иным причинам применяется либо не применяется судом. Очевидно, что здесь такова договорная природа не усматривается. Но нельзя с полным уверенности говорить, что упрощенное производство — досудебное соглашение о сотрудничестве — является «слепым» заимствованием американской «сделки с правосудием», чуждой отечественному уголовному процессу. Дело в том, что на практике сделки, подобные досудебному соглашению о сотрудничестве, заключались и ранее, но негласно. Поэтому указанное упрощенное производство не является по большому счету новеллой для отечественного уголовного судопроизводства, а дифференциация процессуальных форм имеет свою историю становления и развития. Выделим и проанализируем далее три блока такого развития: дореволюционный период с 1864 до 1917 гг.; советский период с 1917 по 1991 гг.; современный период с 1991 г. по настоящее время [12, с. 23]. В дореволюционный период порядок производства по уголовным делам регулировался Уставом уголовного судопроизводства 1864 г. (далее — УУС), в котором указывалось на необходимость сокращения судебных инстанций. Например, ст. 266 УУС предусматривала, что судебный следователь должен своевременно принимать меры по сбору доказательств, а предварительное следствие производить с «всевозможной скоростью». Относительно быстроты судебного производства каждому председателю суда предписывалось принимать меры к ускоренному рассмотрению дела. Д.В. Глухов отмечает сходство между порядком, который установлен УСС, применявшимся в окружных судах, и существующим в УПК РФ особым порядком судебного разбирательства. Так, в случае если подсудимый признавал свою вину и его признание не вызывало никакого сомнения у суда, дальнейшее исследование доказательств не производилось, и суд переходил к заключительным прениям ст. 681 УУС. Нормы ст. 682 УУС предусматривали дополнительные условия, исключающие возможность применения такого порядка — возражения судьи, присяжных, прокурора или участвующих в деле лиц [12, с. 23]. Так же к упрощенным производствам Российской империи относит производство у мирового судьи, осуществляемое по делам об уголовно наказуемых деяниях. Основной особенностью данного производства был перенос центра тяжести на судебную процедуру, за счет ликвидации или существенного сокращения досудебного производства [12, с.27]. Ст. 116 УУС указывает, что разбирательство и решение каждого уголовного дела у мировой судьи должны быть по возможности окончены в одно заседание. Как справедливо отмечает Д.В. Глухов, «прения сторон по делам, рассматриваемым мировыми судьями, отсутствовали, а приговор постановлялся в более быстрой и упрощенной форме, чем в обычном порядке. Приговор мирового судьи не содержал мотивированной части, излагался в краткой неформализованной форме и оглашался в том же судебном заседании» [12, с. 35]. Исходя из этого, Глухов Д.В. выделяет в УУС упрощенное производство — заочное производство, суть которого заключалась в необязательности явки обвиняемого или его законного представителя, в случае если им является несовершеннолетний, в судебное заседание по ст. 60, 62 УУС. Заочное рассмотрение дел могло производится как мировыми судьями, так и земскими начальниками, и городскими судьями. Устав регламентировал постановку заочных приговоров мировыми судьями ст. 131–141 УУС. Тяжесть обвинения являлась критерием для рассмотрения дела в заочном производстве. С 1889 г. по делам, где возможно только наложение денежного взыскания, закон предоставил право обвиняемому добровольно оплатить высший размер штрафа, устранив тем самым судебное разбирательство дела. Данный порядок активно применялся по делам о нарушении Устава путей сообщений ст. 1230 УУС. Институт судебного приказа введен в России законом от 15 июня 1912 г. о местном суде. Его сущность состояла в том, что, не производя судебного расследования, судья был вправе постановить карательный приговор по маловажным делам, влекущим наказание, не превышающее денежного взыскания до 50 рублей или ареста до 15 дней. В случае если обвиняемый не требовал проведения судебного следствия в течение 7 дней, то судебный приказ вступал в силу и приравнивался к приговору. В противном случае рассмотрение дела проводилось так, словно никакого приказа не было. Ученые-процессуалисты того времени не одобряли данный институт из-за слишком серьезного отступления от элементарных правил процесса [12, с. 39]. Обострение военно-политической ситуации в 1912–1913 гг. и последующая революция 1917 г. уничтожили все действующие формы уголовного судопроизводства, и наступил новый этап развития, отражающий непоследовательность и противоречивость советской эпохи, в том числе по вопросу об упрощенных производствах. М.М. Головинский отмечал, что «процессуальное упрощенчество причинило вред следственной и судебной практике, но оно не было определяющей чертой уголовного процесса того времени». Идею упрощения уголовного судопроизводства охарактеризовал следующим образом: «Куда идти — в сторону ли ослабления процессуальных гарантий и признания примата революционной целесообразности над революционной законностью или в сторону усиления процессуальных гарантий и строжайшего проведения революционной законности как начала, органически связанного с революционной целесообразностью» [13, с. 51]. В советский период изменения в порядок судопроизводства вносились как на законодательном, так и на ведомственном уровнях. Заочное рассмотрение уголовных дел, предусмотренное ст. 265–266 УПК РСФСР 1923 г. по делам о преступлениях, за которые не может быть назначено наказание в виде лишения свободы, если доказано, что подсудимый уклонился от вручения повестки в суд или скрывается от суда, а также в случае явно выраженного согласия подсудимого. Подсудимому направлялась копия приговора и уведомление о порядке его обжалования в срок не более 3 суток с момента вынесения. Подсудимый мог заявить ходатайство о новом рассмотрении дела в течение 7 дней при назначении наказания, не связанного с лишением свободы. В противном случае подсудимый мог лишиться права на обжалование приговора, поскольку у суда отсутствовала обязанность направлять копию приговора, а срок на обжалование вынесенного приговора исчислялся с момента его провозглашения по ст. 346 УПК РСФСР. Нераспространение правил о заочных приговорах на данную категорию дел вело к нарушению прав подсудимого. Вместо того чтобы устранить допущенное нарушение, законодатель совершает фатальную ошибку упраздняя раздел 1 «О заочных приговорах», без которого, по мнению Т.В. Трубниковой, «заочное производство теряет все свои положительные черты и превращается в институт, умаляющий процессуальные права подсудимого» [26, с. 264]. Производство в порядке судебного приказа по ст. 366–372 УПК РСФСР 1923 г. После упразднения этой процессуальной формы, действовавшей в Российской империи, она вновь появляется в уголовном процессе с введением в действие УПК РСФСР 1922 г. Однако от своей предшественницы она отличается нарушением процессуальных прав подсудимого, поскольку судья сам определял, есть ли основания для применения порядка судебного приказа. Подсудимый не имел права ходатайствовать о применении такого порядка. Приказ вступал в силу немедленно после его постановления. В 1924 г. ст. 370 УПК РСФСР изложена в новой редакции: «судебный приказ может быть обжалован осужденным в четырнадцатидневный срок со дня вручения ему копии судебного приказа в кассационном порядке в Губернский Суд». В результате подсудимого лишили права требовать рассмотрения дела в общем порядке, оставив только право обжалования судебного приказа, и тем самым обрекли данный институт на постепенное отмирание [26, с. 270]. Производство в дежурных камерах народного суда по ст. 360–365 УПК РСФСР 1923 г. В данном порядке можно было рассмотреть уголовное дело любой категории, если только, по мнению органов дознания, оно не требовало особого расследования или если обвиняемый признавал себя виновным. Этот институт обладал целым рядом недостатков: участие защитника было не обязательным, а возможность рассмотрения дела в данном порядке определял орган дознания, не был урегулирован срок, в течение которого должно было быть рассмотрено дело, которые привели к постепенному отмиранию данной процессуальной формы. Постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 07.06.1928 г. изменена редакция ст. 347 УПК РСФСР с тем, чтобы отменить кассационное обжалование по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 113 дискредитирование власти, ст. 120 служебный подлог, ст. 121 разглашение, сообщение, передача или собирание в целях передачи должностным лицом сведений, не подлежащих оглашению УК РСФСР, в тех случаях, когда подсудимый приговорен к общественному порицанию и принудительным работам с отбытием наказания по месту службы осужденного. В дальнейшем было предусмотрено, что приговор суда не может быть обжалован в кассационном порядке в тех случаях, когда, независимо от квалификации деяния, назначена мера наказания до 3 месяцев исправительно-трудовых работ, запрещение заниматься той или иной деятельностью или промыслом, общественное порицание, предупреждение, штраф. Согласно разъяснениям Верховного суда РСФСР, «ни одно правильное по существу решение (приговор) не может быть отменено по формальным причинам, как и наоборот, ни один неправильный по существу приговор или решение точно так же не могут быть оставлены в силе по формальным соображениям» [26, с. 270]. В главе XXXIII УПК РСФСР от 10.12.1934 г. предусматривалось, что по делам о террористических актах расследование должно было заканчиваться не позднее чем через 10 дней, обвинительное заключение вручалось за сутки, дело слушалось без участия сторон, кассационное обжалование и подача ходатайства о помиловании не допускались, приговор к высшей мере наказания подлежал исполнению немедленно по вынесении приговора. В дальнейшем предусмотрено, что по делам о контрреволюционном вредительстве и диверсиях обвинительное заключение вручалось за сутки, кассационное обжалование не допускалось, приговор к высшей мере наказания приводился в исполнение немедленно по отклонении ходатайства о помиловании. Производства по отдельным категориям уголовных дел, введенные Указами Президиума Верховного Совета СССР и Постановлениями СНК. Данные производства имеют схожие черты: существенное сокращение или отсутствие предварительного расследования, краткий срок для рассмотрения дела судом, прокуратура не представляет государственного обвинения. К ним были отнесены дела о прогулах и самовольном уходе с работы, о мелких кражах на предприятиях и о хулиганстве [6, с. 35]. На VI съезде прокурорских, судебных и следственных работников РСФСР, открывшемся 20 февраля 1929 г., нарком юстиции М.Н. Янсон в своем докладе отметил, что в области следственного и судебного процессов правительство предложило изжить длительность и волокиту судебно-следственного производства и недостаточную обоснованность возбуждения уголовных дел, упростить и всячески ускорить процесс судопроизводства, организовать для разбора дел об обидах и оскорблениях товарищеские суды на фабрично-заводских предприятиях. Постановлением НКЮ РСФСР от 09.06.1927 г. сокращалось судебное следствие. По мнению Х.У. Рустамова, содержащиеся в этой инструкции НКЮ «тенденции к упрощению судопроизводства… в конечном счете не могли не привести к нарушению демократических принципов советского уголовного процесса» [13, с. 39]. В 1929 г. Уголовно-кассационная коллегия Верховного суда РСФСР издала инструктивное письмо «Об упрощении процесса», согласно которому стало необязательным оглашение обвинительного заключения, и с согласия сторон можно было ограничиться зачтением резолютивной части или изложением сущности обвинения. В случае отложения дела, разрешалось допрашивать явившихся свидетелей, чтобы вторично не вызывать их в суд [13, с. 46]. В том же году коллегия НКЮ утвердила «Тезисы о реформе УПК», на основе которых составлен проект УПК. Согласно этому проекту, суду разрешалось, если подсудимый признал предъявленное обвинение, не проводить судебное следствие по ст. 115 проекта. По мнению Х.У. Рустамова и Б.М. Магомедова, в данной статье были заложены основы современных форм упрощенного производства. В директивном письме НКЮ от 05.07.1929 № 93 говорилось: «НКЮ считает самым решительным образом восстановить нормальное соотношение элементов процесса и жестко урезать чисто формальные требования, тем самым расширить возможность для следователя и прокурора заниматься существом расследуемого дела» [13, с. 55]. С принятием УПК РСФСР 1960 г. сформирован единый порядок судебного рассмотрения уголовных дел, вне зависимости от тяжести, публичных или частных начал производства. Упрощенный порядок судебного производства был исключен из уголовного процесса. Однако упрощенное производство берет свое начало с 1966 г., после того как Указом Президиума Верховного Совета СССР от 01.09.1953 г. были упразднены «особые совещания», «двойки», «тройки». Эти органы являлись квазисудебными, созданными исходя из политических соображений, вопреки началам и принципам уголовного процесса [15, с. 59]. 24 января 1985 г. УПК РСФСР дополнен раздел IХ «Протокольная форма досудебной подготовки материалов». Досудебная подготовка материалов проводилась в течение 10 дней, если преступление относилось к числу мелких, не представляющих повышенной общественной опасности по ст. 414 УПК РСФСР и, если преступник был известен, не был несовершеннолетним, а также не страдал психическими либо физическими недостатками по ст. 126 УПК РСФСР. Такие дела подлежали рассмотрению в суде не позднее чем в четырнадцатидневный срок с момента поступления материалов в суд. Судья мог возвратить дело для производства дознания и предварительного следствия с учетом подследственности, если возникала необходимость выяснения существенных дополнительных обстоятельств, которые не могли быть установлены в судебном заседании. Несмотря на законодательное закрепление упрощенного производства, Верховный Суд РСФСР указывал, что какие-либо отступления от общих правил, предусмотренных УПК РСФСР, при разбирательстве таких дел недопустимы [43, с. 70]. УПК РСФСР также содержал положения, предусматривающие прекращение уголовного дела вследствие изменения обстановки, в случае признания судом, прокурором, следователем, органом дознания, что совершенное деяние потеряло характер общественно опасного или само лицо, его совершившее, перестало быть общественно опасным по ст. 6 УПК РСФСР, а также прекращение уголовного преследования в связи с передачей
Не смогли найти подходящую работу?
Вы можете заказать учебную работу от 100 рублей у наших авторов.
Оформите заказ и авторы начнут откликаться уже через 5 мин!
Похожие работы
Дипломная работа, Право и юриспруденция, 58 страниц
550 руб.
Дипломная работа, Право и юриспруденция, 89 страниц
850 руб.
Дипломная работа, Право и юриспруденция, 56 страниц
550 руб.
Дипломная работа, Право и юриспруденция, 78 страниц
750 руб.
Служба поддержки сервиса
+7(499)346-70-08
Принимаем к оплате
Способы оплаты
© «Препод24»

Все права защищены

Разработка движка сайта

/slider/1.jpg /slider/2.jpg /slider/3.jpg /slider/4.jpg /slider/5.jpg