говорить Глава 1 «Теоретические основы изучения когнитивно-дискурсивных особенностей английской сказки» посвящена статических изучению связи теоретического материала по фольклорных исследованию соотношения понятий дискурс и текст, лингвистических взглядов на дискурс народной сказки. В данной главе дается характеристика дискурса английской народной сказки и описывается значение сказки в культурной традиции народа.
Глава 2 «Языковые особенности английской народной сказки и методы работы с ней на уроках английского языка» посвящена выявлению и описанию языковых особенностей английской народной сказки. В данной главе предлагаются методические рекомендации по работе с текстом народной сказки на уроках английского языка и в соответствии представлены разработанные фрагменты урока в помощь учителю.
В Заключении дискурс подводятся прекрасный обобщенные итоги динамический проведенного включающий исследования, суммируются других выводы, языковой представляются наблюдения, very также данное прилагается список cold используемой выстроенный литературы.
Глава 1. Теоретические основы изучения когнитивно-дискурсивных особенностей английской сказки
1.1 Соотношение понятий дискурс и текст
Вопрос о соотношении текста и дискурса является актуальным в современной лингвистике. Он имеет принципиальное значение для трактовки этих понятий. Под термином «текст» в лингвистике понимается не только записанный, зафиксированный текст, но и любое кем-то созданное «речевое произведение» любой протяженности – от однословной реплики до целого рассказа, поэмы или книги [Маслов, 1987, с.11]. Текст является фиксированным законченным сообщением.
Как известно, одним из первых элементов социализации личности является речь. Развитие и становление речи это важный этап в развитии человека и его культуры. Язык формирует мышление, а текст является той непосредственной действительностью (действительностью мысли и переживаний), из которой только и может исходить это мышление. Там, где нет текста, нет и объекта для исследования и мышления. Текст является результатом индивидуальной речевой деятельности.
Продуктом речевой деятельности являются тексты, которые имеют индивидуальный характер; социально обобщая тексты, мы получаем абстрактную языковую систему; она даёт возможность, средства для дальнейшей речевой деятельности [Дроздова, 2003, c.20]. Текст может быть представлен в письменной и устной форме. Основные свойства текста — цельность и связность. С одной стороны, эти свойства независимы друг от друга, а с другой — предполагают друг друга. У текста всегда есть тема или несколько тем, которые связываются иерархически. Текст имеет структуру, однако не все элементы структуры выражаются вербально, они могут быть оформлены и невербально. Такие свойства текста, как его отдельность и завершенность обуславливаются непосредственно условиями коммуникации. Отдельность текста связана с его структурными параметрами, а завершенность связывается с его цельностью и темой.
А.И.Варшавская вводит понятие дискурса-текста, трактуя дискурс как процесс языкового мышления, а текст – как результат или продукт этого процесса [Варшавская, 1984].
В.В.Богданов рассматривает речь и текст как два аспекта дискурса. Не всякая речь поддаётся текстовому перекодированию и не любой текст можно «озвучить». Поэтому дискурс понимается широко – как всё, что говорится и пишется, другими словами, как речевая деятельность, являющаяся в то же время и языковым материалом в любой его презентации – звуковой или графической. Текст в узком смысле понимается как «языковой материал, фиксированный на том или ином материальном носителе с помощью начертательного письма. Таким образом, термины речь и текст будут видовыми по отношению к объединяющему их родовому термину дискурс» [Богданов, 1993, с.5].
В европейской лингвистике в 70-х годах была предпринята попытка дифференцировать взаимозаменяемые понятия текст и дискурс, включая категорию ситуация. Дискурс трактовался как «текст плюс ситуация», а текст, соответственно, определялся как «дискурс минус ситуация». Некоторые лингвисты трактуют дискурс как интерактивный способ речевого взаимодействия, в противовес тексту, обычно принадлежащему одному автору; это сближает данное противопоставление с традиционной оппозицией диалог vs монолог. Последнее разграничение условно, поскольку даже монолог по-своему диалогичен, он всегда обращен к адресату, реальному или гипотетическому. Таким образом, исходя из рассмотренных определений, можно сделать вывод, что в современной лингвистике под текстом понимается абстрактная, формальная конструкция, под дискурсом – различные виды её актуализации, рассматриваемые с точки зрения ментальных процессов в связи с экстралингвистическими факторами.
С учётом всего сказанного, мы будем придерживаться определения текста, предложенным Л.М. Васильевым: «Текст – структурно организованная и по форме и по содержанию совокупность речевых актов, характеризующаяся цельностью, законченностью и коммуникативной мотивированностью, т.е. уместностью, целесообразностью и целенаправленностью» [Васильев, 2012, с. 20]. В этом определении, отражается речевая сущность текста; не содержится ограничений по признаку формы речи (устной/письменной); отражены существенные признаки текста.
Термин «дискурс» насчитывает множество дефиниций. Этот термин является одним из самых сложных, так как он обозначает высшую реальность языка, дискурсивную деятельность [Кубрякова, 2000, с. 9]. Н.Д. Арутюнова дает следующее определение дискурса: «Дискурс (от франц. discours – речь) – связный текст в совокупности с экстралингвистическими, прагматическими, социокультурными, психологическими и другими факторами, текст, взятый в понятийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания (когнитивных процессах) [Арутюнова, 1990, с. 136].
Термин «дискурс» близок по смыслу к понятию «текст», однако подчеркивает динамический, разворачивающийся во времени характер языкового общения. Текст жемыслится преимущественно как статический объект, результат языковой деятельности. Иногда «дискурс» понимается как включающий одновременно два компонента: и динамический процесс языковой деятельности, вписанной в ее социальный контекст, и ее результат (т.е. текст); применяющийся именно такое opportunity понимание является почему предпочтительным.
Понятие «диалог» близко к понятию многие дискурса. Так же как дискурсе и любой коммуникативный part акт, дискурс предполагает бытовой наличие двух передачи
фундаментальных ролей – говорящего (автора) и массовой адресата. При хотела этом роли стабилизация говорящего и адресата должен могут поочередно прагматическую перераспределяться между past участниками дискурса. В завуалировать таком случае речь идёт о предложение диалоге. Если будем же на протяжении дискурса (или highly значительной части политического дискурса) роль высылаем говорящего закреплена иронический за одним и тем does же лицом, такой прошлый дискурс называют нашу монологом. Неверно считать, что способом монолог – это таким дискурс с единственным находимся участником: при стоящая монологе адресат hospitals также необходим. В предложение сущности, монолог – это богатстве просто частный способом случай диалога, choice хотя традиционно такие большое понятия как «диалог» и «монолог» иторика разграничиваются.
Большое россии количество коннотаций заявляет терминов «текст» и «диалог», мешают будет их свободному употреблению. Поэтому понятие «дискурс» принято обострению считать родовым термином, который объединяет все have виды использования предвыборного языка. Поскольку does структура дискурса который предполагает наличие покоряла двух коренным стремясь образом противопоставленных особый ролей – говорящего мнению и адресата, постольку основные сам процесс видно языкового общения заметить может рассматриваться важной в этих двух которые перспективах.
С развитием теории коммуникации, социолингвистики и психолингвистики наши понятия «дискурс» и «текст» приобретают момент различный смысл. Т. А. ван длину Дейк в своем выражения трактате «Стратегии которые понимания связного использования текста» первым составляющей разграничил эти дискурс два понятия.
Можно единиц сделать следующие jobs выводы о соотношении стиле понятий «текст» и «дискурс».
Под может определением дискурса нуждается следует понимать упрощают когнитивный процесс, связанный с allowed реальным речепроизводством, чего созданием определенного планепроизведения, текст получает же будет являться отмечается конечным результатом обоснование процесса речевой всего деятельности. Дискурсивный процесс определяется невозможен без отношениеосновополагающего текста. Он является началом президент и толчком для главная ситуативного развития. Эти угодно центральные тексты that являются обязательными, jobs так как силу они обеспечивают процессы карасик понимания.
Из этого оппонентов момента вытекает написано следующее положение – адекватное данном восприятие сообщения. Дискурсивному данные процессу могут стиль помешать шумы, посколькукоторые могут установок появляться в процессе способом перехода от одного своей адресата к другому причеммогут, и исказить чтобы материал. Процесс общения иторика может нарушаться из-за искурсивныйдезинформации и недопонимания. Таким ответные образом, это ценностные может лишить собеседников верю важной составляющей тема их переговоров. Не имеет говорить значение шумовой выводы барьер при immigrants передачи текста. Роль отправителя приведем в данном случае заключается политик только в передаче масс либо консервировании теперь материала, так как он не настроен употребления на длительный процесс. Автор умение текстов самостоятельно действие выбирает длину речи текста, в отличие от феномене дискурса, который ограничивается единственным во времени. Дискурс слова ориентирован на живую если аудиторию, а текст направлен на абстрактную аудиторию. Авторы вызывающим текстов лишь риторический смутно предполагают, узком какая целевая сфере аудитория с ними нужно ознакомится. Участник приобрета дискурса нередко придают обладает подробными сведениями о другом усиливается участнике процесса. Дискурс поддержке не ограничивается выбором который вербальных и невербальных строительство средств, что всего по сравнению с текстом глава облегчает процесс does коммуникации.
Дискурс можно представить специфика в виде живого организма, который риторическийрождается, живёт инте и умирает, когда авторы предмет обсуждения ожидается теряет свою взаимодействииактуальность. В противоположность всего дискурсу, текст вечен. Текст является средством и путина единицей коммуникации. Дискурс точку форма, в которой политическом эта коммуникация have протекает. Текст художественной обычно дает разнообразия пищу для ораторской размышлений, в то время будем как дискурс и есть бытов сам процесс деятельность выраженного размышления.
Таким профессор образом, понятия «текст» и «дискурс» вполне законов различимы, они выражается не противопоставляются, их отношения который характеризуются причинно следственной информативная связью: текст типологии является результатом реальным дискурса. Из дискурса такжеможет развиться связного и зафиксироваться текст. Текст инфраструктуре возникает по ходу элементыосуществления определенного стиль процесса, но изучается социальной он в своем завершенном своих виде, а дискурс совокупность исследуется в определенном поэтому режиме и времени.
1.2 Лингвистические взгляды на дискурс народной волшебной сказки
Существуют различные подходы к изучению дискурса английской волшебной народной сказки. Они являются основой для современного комплексного исследования языка фольклорного наследия как скрытого кода глубинных структур, накопленного тысячелетиями.
«Сказка-это все формы прозаического повествования (письменные или устные), которые передавались в течение многих лет», - (Томпсон)
Э. В. Померанцева определяет сказку как «эпическое устное художественное произведение, преимущественно прозаическое, волшебное, авантюрного или бытового характера с установкой на вымысел» [Померанцева, 1971, с. 880-882]. К главным признакам сказки, по мнению В. Я. Проппа, относятся несоответствие окружающей действительности и необычайность событий, о которых повествуется.
Сказка – один из видов фольклорной прозы, встречающийся у различных народов и подразвделяющийся, в свою очередь, на жанры. Поскольку единой научной классификации сказок до сих пор не существует. Жанры или группы исследователи выделяют по-разному. Так, например, Вундт предлагает следующее деление:
1) Мифологические сказки-басни;
2) чистые волшебные сказки;
3) биологические сказки и басни;
4) чистые басни о животных;
5) сказки «о происхождении»;
6) шутливые сказки и басни;
7) моральные басни.
Известный финский исследователь Аарне выделяет сказки о животных, анекдоты.
Другую классификацию представляет В. Я. Пропп:
1) волшебные;
2) кумулятивные;
3) о животных, растениях, неживой природе и предметах;
4) бытовые или новеллистические;
5) небылицы;
6) докучные сказки.
Более поздние исследователи, как например Э.В. Померанцева, подразделяет сказки на следующие типы:
1) о животных;
2) волшебные;
3) авантюрно-новеллистические;
4) бытовые.
Несмотря на различные подходы, все исследователи строят свои классификации на основе параметров дискурса: поля дискурса (о животных, растениях, неживой природе), жанров (бытовые, новеллистические), либо на основе конструируемых миров (волшебные, мифологические сказки-басни, небылицы). Таким образом, и в додискурсивных парадигмах исследовательская мысль неизменно обращалась к проблемам, известным сегодня, как анализ дискурса.
В.И. Карасик понимает под дискурсом «текст, погруженный в ситуацию общения», допускающий «множество измерений» и взаимодополняющих подходов в изучении, в том числе прагмалингвистический, психолингвистический, структурно-лингвистический, лингвокультурный, социолингвистический [Карасик, 2000, с.5–6].
Волшебные сказки, как подчеркивал В.Я Пропп, выделяются не по признаку волшебности и чудесности, а по совершению четкой композиции» [Проп, 2000]. Важным признаком волшебных сказок всех народов является богатый словесный орнамент, затейливые присказки и концовки, сказочные формулы, повторы и т.д.
Волшебные сказки характеризуются волшебно-фантастической повествовательной системой, в которой можно выделить следующие критерии:
- многослойность – отражение в сказке различных типов мышления, представлений об окружающем мире, социальных институтов различных исторических эпох;
- своеобразное сочетание фантастического и реального; волшебство выступает как средство познания неведомого;
- мифологические истоки сказочных сюжетов и образов, отражение в сказке тотемизма и анимизма;
- наличие мифологического конфликта, отражение в традиционном развитии сюжета древних обрядов посвящения как ряда испытаний главного героя;
- обрядово-магические представления в системе волшебного повествования;
- исторические и социальные корни в системе волшебного повествования;
- пристуствие социальных корней идеализации младшего брата в сказке, образ «низкого героя».
Наука о сказке стала самостоятельной дисциплиной в ХIX-XX вв. Становление ее не связано с какой-то одной научной школой, свой вклад внесли ученые различных научных направлений.
Например, представители мифологической теории – немецкие ученые братья В. и Я. Гримм, русские – А.Н. Афанасьев, Ф. И. Буслаев изучали сказку как «осколок древнего мифа». Основное положение, отстаиваемое мифологической школой, сводится к тому, что сходство сюжетов определено различными народами от единого предка.
Немецкие филологи и фольклористы братья В. и Я. Гримм – авторы интересных научных работ. Они прославились, в первую очередь, изданием немецкого фольклора – преданий и появившихся чуть раньше сказок. Книга «Детские и семейные сказки», выходившая отдельными выпусками с 1812 по 1814 гг., с большой полнотой представила публике памятники немецкой народной словесности. Отношение фольклористов к материалу определило подход к народной сказке других исследователей.
Историк и литературовед, автор фундаментального трехтомного исследования «Поэтические воззрения славян на природу», А. Н. Афанасьев, сыграл выдающуюся роль в деле собирания и публикации русского сказочного наследия. Он считается одним из наиболее ярких последователей мифологической школы. Сборник «Народные Русские сказки» до сих пор является непревзойденным.
Наравне с мифологической школой свой вклад внесли представители миграционной школы. Ее приверженцы развивали мысль о том, что сходство в произведениях евразийских народов, не обязательно родственных, возникло либо через заимствования, либо вследствие общего источника. По преимуществу изучались миграция и развитие во времени литературных и фольклорных образов, мотивов и сюжетов. Среди представителей школы – немецкий филолог Т.Бенфей, чешский филолог И.Поливка, финский фольклорист А.Аарне. В русском литературоведении идеи, заложенные в основе миграционной теории, возникли самостоятельно. Крупнейший представитель данной теории в России – филолог А.Н.Веселовский.
Сторонники антропологической школы создали теорию о единой бытовой и психологической основе самозарождения сказочных сюжетов. Наиболее известные представители школы – английский этнограф Э.Тейлор, шотландский писатель А. Лэнг.
В силу ряда своих особенностей фольклор чрезвычайно проницаем для структурно – семиотических методов. Поэтому вовсе не случайно, что ученые, работавшие с этим материалом применили принципы структурного анализа. В.Я. Пропп считается основоположником метода структурного исследования волшебной сказки [Пропп, 1983, с.566-586].
Необходимо отметить, что главная заслуга В.Я. Проппа состоит в соединении структурного и исторического подходов при изучении волшебной сказки. Он методологически и теоретически обосновывает необходимость сочетания синхронического и диахронического аспектов изучения явлений культуры.
Исследователь отмечает, что в «морфологии сказок» дается возможность межсюжетного изучения жанра как некого целевого, как некой системы. «Сравнительное межсюжетное изучение открывает широкие исторические перспективы. Историческому изучению в первую очередь подлежат не отдельные сюжеты, а та композиционная система, к которой они принадлежат. Тогда между сюжетами откроется историческая свзязь, и этим прокладывается путь к изучению отдельных сюжетов» [Пропп, 1983, с.566-586].
На сегодняшний день накоплен огромный материал, посвященный изучению волшебной народной сказки. В свете современной когнитивно-дискурсивной парадигмы лингвисты особое внимание уделяют изучению языка фольклорного наследия.
Лингвистическая интерпретация сказок может быть определена как
способ осуществления их понимания. Она представляет собой один из вариантов реализации антиномии «сказочное-реальное» в процесее порождения и восприятия сказок. Имитация сказок определнного типа взаимодействия позволяет воспринимать сказочное произведение в качестве своего рода обучающей модели, основанной на уникальных для определенной нации, общекультурных знаниях. Форма передачи знаний в данном случае будет дискурсивной характеристикой сказок, а концептуальное содержание знаний-их когнитивной характеристикой.
Сказка - это некий параллельный мир, который помогает детям развиваться и приобретать опыт в процессе социализации. Прочитав сказку, ребенок овладевает этническим опытом предыдущих поколений и далее он пропускает эту информацию через призму личного опыта. Следовательно, можно определить сказку как хранилище закодированной информации, посредством которой образуются концепты, так как «концепт – это соединение словарного значения с личным и этническим опытом человека».
Концепты идеальны и кодируются в сознании единицами универсального предметного кода. Таким образом, допустимо рассматривать язык волшебной народной сказки как универсальный код, который складывался в процессе многих веков, изменялся и совершенствовался.
Народная сказка содержит закодированную информацию, которая помогает детям в последующем самоопределении к принадлежности той или иной культуре. Дети и взрослые по-разному воспринимают информацию, содержащуюся в сказках. Изучая детское мышление, Л.С.Выготский выделил пять основных его компонентов, что «чрезвычайно близко к тому, как историки культуры описывают пространство мифологического мышления» Поскольку сказка зародилась в обществе с мифологическим мировоззрением, неудивительно, что именно дети наиболее восприимчивы к информации, скрытой в ее структурах. «Дети сканируют предложения, произносимые взрослыми, в поисках «ключей» к пониманию значения» [Выготский, 1999].
Ключи к пониманию – и есть те сценарии, которые содержатся в структурах сказки. Дети категоризируют уже готовые сценарии, извлекая их из глубинных структур волшебных сказок.
Таким образом, современная лингвистика, изучая сказочный дискурс, опирается на разработки философов, психологов, фольклористов, психолинглистов и многих других специалистов, т.к. лингвистический анализ сегодня требует комплексного научного подхода.
1.3 Характеристика дискурса английской народной сказки
Сказка прошла долгий путь от воспроизведения примитивно-фантастической действительности до символического и философского переосмысления. Она является отражающей ступенью познания ребенком, а позднее и взрослым, мира и самого себя, позволяющей судить о специфике национального самосознания этноса, динамике развития мышления и выработанных им лингвокультурных ценностей.
И хотя изучение структурного аспекта сказок и мифов (Р. Барт, А. Греймас, К. Леви-Стросс, В. Я. Пропп, Ц. Тодоров, A. Dundes, Е. Kongas-Maranda, P. Maranda) способствовало возникновению на Западе структурной антропологии, семиотики и заложило основы для широкого изучения дискурса и коммуникации, в современной лингвистике многие характеристики английской сказки, в частности, ее лексика, синтактика, прагматика, и в целом концептуальный мир сказки недостаточно изучены.
В отечественном языкознании сказка рассматривалась как особая область языка с присущими ей просодическими характеристиками (3. А. Сахарова), синтаксическими особенностями (Е. М. Печерникова), жанровым своеобразием (С. А. Скороходько), «выпадением из реального мира» и установкой на вымысел (О. Н. Тройская). И хотя ряд исследований, посвященных сказке, выполнен в русле лингвистики текста (В. С. Алпатова, О. Н. Тройская, Е. Ю. Ласкавцева, Н. М. Невара), исследование сказочного дискурса до сих пор не получило должного освещения. Этим объясняется выбор английской фольклорной сказки, как продукта полиграфического искусства.
Интерес к сказке неуклонно растет, хотя никакой другой фольклорный жанр не освещался в литературе более подробно, предмет изучения не исчерпан до сих пор. В настоящее время в рамках филологической парадигмы сказка изучается в области фольклористики, литературоведения, текстологии, лингвистики. Каждая отрасль подходит к изучению сказки в соответствии с частными изысканиями, методами и целями. Лингвистический подход отличает непосредственная обращенность к сказочному языку, словесной стороне, отражение в сказках истории языка и связей с диалектами.
Во второй половине XX века в отечественном языкознании исследование народных сказок германских народов приобретает устойчивый интерес. Сказка рассматривается как особая область изучения, специфическая сфера языка, с присущими ей просодическими характеристиками [3. А. Сахарова], особенностями синтаксиса [Е. М. Печерникова], жанровым своеобразием текстов и реалий [С. А. Скороходько], особой картиной мира, заключенной в сказке [О. Н. Тройская]. Ряд работ выполнен в русле лингвистики текста [Н. М. Невара, В. С. Алпатова, О. Н. Тройская, Е. Ю. Ласкавцева], предшествовавшей дискурсивному анализу.
Исследование фольклорных произведений как частного аспекта более широкого явления - дискурса (в нашем случае - сказочного), по имеющимся данным, пока не получило освещения. Однако именно сказка и, в первую очередь русская, в трудах В. Я. Проппа (Морфология сказки, 1928), а также работы других ранних формалистов в конце 1950-х — начале 1960-х годов способствовали возникновению на Западе структурной антропологии Клода Леви-Стросса. Результаты анализа мифов в русле данного направления привели к расцвету французского структурализма и семиологии (А. Греймас, Р. Барт, Ц. Тодоров). В то же самое время в другой части Европы структурная антропология пробудила интерес к систематическому анализу мифов и сказок [A. Dundes 1964; Е. Kongas-Maranda, P. Maranda 1971].
