Войти в мой кабинет
Регистрация
ГОТОВЫЕ РАБОТЫ / КУРСОВАЯ РАБОТА, ПРАВО И ЮРИСПРУДЕНЦИЯ

Институт экстрадиции уголовных преступников в международном праве.

irina_k200 348 руб. КУПИТЬ ЭТУ РАБОТУ
Страниц: 29 Заказ написания работы может стоить дешевле
Оригинальность: неизвестно После покупки вы можете повысить уникальность этой работы до 80-100% с помощью сервиса
Размещено: 17.08.2020
К первой группе, можно отнести те международные договоры, которые направлены на защиту личности, общества, государства, затрагивают вопросы безопасности, противодействия преступности, в том числе, трансграничной. В частности, это такие документы, как международная Конвенция по борьбе с подделкой денежных знаков 1929 г. (ст. 9), Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него 1948г. (ст. 7), Единая Конвенция о наркотических средствах 1961 г. (Ст. 36 п.2 пп. «б»), Конвенция о преступлениях и некоторых других деяниях, совершаемых на борту воздушных судов 1963 г. (ст. 16) (см. Приложение 1). Ко второй группе договоров, следует отнести Конвенцию Лиги Арабских Государств о выдаче 1952 г., Европейскую конвенцию о выдаче 1957 года, Межамериканскую конвенцию о выдаче 1981г. и др. Следуя предложенной Международным Судом ООН иерархии источников, помимо международных договоров, также можно отметить двусторонние соглашения и решения судов. В настоящее время важную теоретическую и практическую значимость представляют новые аспекты в регулировании экстрадиции, связанные с реализацией механизма Европейского ордера на арест в практике стран-членов Европейского Союза, который возник в процессе реформирования традиционного института экстрадиции. Данный механизм был законодательно закреплен в виде рамочного решения о Европейском ордере на ареств соответствии со ст. 34 Договора о ЕС. Главным отличием от традиционного института экстрадиции стало то, что рамочное решение применяется только в рамках «третьей опоры» ЕС (сотрудничество полиций и судебных органов). Данное решение повлекло за собой установление режима «свободного перемещения» судебных решений на основе принципа взаимного признания в рамках ЕС.
Введение

Проблема трансграничной преступности всегда представлялаопасность, как для отдельных государств, так и для всего мирового сообщества. В числе современных международно-правовых инструментов противодействия преступности важное место занимает институт экстрадиции («extradition» - выдача). Особенности процедуры выдачи вызывают большое количество сложностей, часто сопровождающихся длительным временным периодом в связи с тем, что затрагивает интересы нескольких государств, и различных ведомств каждого из них. В целом институт выдачи развивался в соответствии с исторической тенденцией демократизации и защиты прав человека, однако, хотелось бы отметить, что в новое время становится нормой невыдача политических преступников. Естественным элементом института экстрадиции, своеобразным conditio sine qua non, является международное сотрудничество государств в вопросах выдачи уголовно преследуемых лиц, а также лиц, осужденных и передаваемых для исполнения приговора. Из историографического анализа института экстрадиции следует, что основаниями выдачи могут быть международные договоры, национальное законодательство о выдаче и ряд специальных принципов, сформированных в процессе развития исследуемого института. Многосторонние международные договоры, посвященные институту экстрадиции, следует разделить на две группы: договоры, регламентирующие различные аспекты борьбы с международной преступностью, затрагивающие связанный с ними вопрос выдачи, а также договоры, непосредственно регулирующие данный институт.
Содержание

Введение…………………………………………………………………………...3 1.Европейский ордер на арест, как одна из форм экстрадиции, действующих на территории государств-членов Европейского Союза (ЕС)…………………5 2.Современные проблемы и перспективы регулирования процедуры экстрадиции в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС)……….22 Заключение……………………………………………………………………….27 Список используемой литературы……………………………………………...29
Список литературы

1. Европейская конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам (Страсбург, 20 апреля 1959 г.) (с изменениями от 17 марта 1978 г.) ETS № 030 2. Европейская конвенция о выдаче (Париж, 13 декабря 1957) ETS № 024 3. Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22 января 1993 г.) (с изменениями от 28 марта 1997 г.) 4. Конвенция о передаче осужденных лиц (Страсбург, 21 марта 1983 г.) ETS № 112 5. Рамочное решение Совета EC от 13 июня 2002 г. о европейском ордере на арест и процедурах передачи лиц между государствами-членами 6. Конституция Российской Федерации: принята всенарод. голосованием 12 декабря 1993 // Собр. законодательства Рос. Федерации. – 2014. – № 31. – Ст. 4398. 2. Книги (учебники, монографии, сборники и т.д.) 7. Баскин Ю.Я., Фельдман Д.И. История международного права. — М., 1990, Левин Д.Б. История международного права. - М.: 1962. 8. Бессарабов В.Г., Волобуев В.П. Процесс экстрадиции в Соединенном Королевстве и Российской Федерации (сравнительное исследование). М.: Изд. «Юрлитинформ», 2006 9. Вылегжанин А.Н. Международное право. Т. 1: учебник для академическогобакалавриата // Издательство Юрайт. М. 2015 10. Вылегжанин А.Н. Международное право. Т. 2: учебник для академическогобакалавриата // Издательство Юрайт. М. 2015 11. Бирюков, П.Н. Некоторые аспекты Европейского ордера на арест / П.Н. Бирюков // МЖМП. 2009. № 1. 12. Бирюков П.Н. Международное право. Т. 1: учебник для академическогобакалавриата // Издательство Юрайт. М. 2015. С. 321. 13. Никольский Д. П. О выдаче преступников по началам международного права. СПб. 1884 14. Blekxtoon R. Commentary on an article by articles basis. In: Blekxtoon R., van Ballegooij W. (eds). Handbook on the European arrest warrant. T.M.C. Asser Press, The Hague. С. 250. 3. Статьи и периодические издания 15. Бирюков, П.Н. Некоторые аспекты Европейского ордера на арест / П.Н. Бирюков // МЖМП. 2009. № 1. 16. Кочеткова О.В. Европейский ордер на арест и его отличие от экстрадиции // Научные труды РАЮН. Вып. 13: в 2 т. Т. 2. - М.: Юрист, 2013. 17. Родионов К.С. Из истории экстрадиции в России // Евразийский юридический журнал. 33 (58) 2013 18. Klimek L. European Arrest Warrant. Springer. 2014. P. 68. 19. Sotto M.M. ‘Consent procedure’. In: N. Keijzer and E. van Sliedregt (eds.), The European Arrest Warrant in Practice. The Hague. T.M.C. Asser Press, 2009. С. 22-26. 20. Harmen van der Wilt, ‘The European arrest warrant and the principle ne bis in idem. In: Blekstoon R., van Ballegooij W (eds) Handbook on the European Arrest Warrant. T.M.C. Asser Press, The Hague. 2005. С. 99. 21. Judgment of the Court of Justice of the European Union of 16 November 2010 – Case C-261/09 – Gaetano Mantello. 22. Glerum V. and Rozemond K. ‘Surrender of nationals’. In: N. Keijzer and E. van Sliedregt (eds.), The European Arrest Warrant in Practice. The Hague. T.M.C. Asser Press, 2009. С. 71. 23. Judgment of the Court of Justice of the European Communities of 17 July 2008 – Case C-66/08 – Proceedings concerning the execution of a European arrest warrant issued against Szymon Kozlowski, paras 36-39
Отрывок из работы

1. Европейский ордер на арест, как одна из форм экстрадиции, действующих на территории государств-членов Европейского Союза (ЕС). Началом изменений традиционного института экстрадиции новым инструментом – Рамочным решением о Европейском ордере на арест и процедуре передачи между государствами-членами ЕС, можно считать замену терминологического аппарата, а также существенные изменения в системе принципов, на которых базировалась работа всего института экстрадиции. Что касаемо замены терминологического аппарата, то в документе термин «экстрадиция» изменен «передачей». Понятия «выдавшее ордер государство» и «исполняющее ордер государство» стали использоваться вместо «запрашивающее государство» и «запрашиваемое государство», соответственно. Термин «запрос» вовсе не встречается в документе. Европейский ордер на арест ( далее – ЕОА) представляет собой судебное решение на арест и передачу беглого преступника из одной страны-члена ЕС в другую в целях осуществления уголовного преследования либо исполнения наказания или меры пресечения, согласно ст. 1(1) Рамочного решения. Учитывая данное определение ЕОА, можно выделить ключевые особенности этого явления в сравнении с экстрадицией. Прежде всего, ЕОА – это судебное решение, однако не окончательное решение суда в отношении преследуемого лица, а в виде заявления, подобно запросу впроцессе экстрадиции. Другими словами, это означает, что процедура передачи может быть реализована только судебными органами, но никак не политическими или административными учреждениями и структурами. Это новый этап в реформировании традиционного института экстрадиции, в то время как последний всегда реализуется Министерством (Департаментом) Юстиции и (или) Министерством иностранных дел, и только дипломатическими путями. Таким образом, авторы нового документа исключили в новом инструменте любую политическую составляющую в сравнении с экстрадицией, когда исполняющий или административный орган при получении запроса о выдаче может согласиться или же отказать в его удовлетворении. Исключив административную (исполнительную) власть самой важной роли в деле передачи преступника на основе ЕОА, законодатели, при этом, передали ей консультативную роль, что закреплено в ст. 9 Преамбулы Рамочного решения. Далее, ст. 7 основного текста документа также указывает на дополнительную и организационную роль административных органов стран-членов, задействованных в процедуре передачи беглого преступника. Отмеченные нормы окончательно исключили влияние исполнительной власти. Процесс экстрадиции, в целом, разделен на два самостоятельных этапа, при которых на первом этапе беглый преступник подвергается задержанию, а на втором – непосредственно выдаче в запрашивающее государство. Из определения ЕОА прослеживается, что два вышеизложенных действия не выполняются в два разных этапа, а представляют собой единое целое. Это означает, что задержанное лицо будет немедленно передано в выдавшее ордер государство-член в соответствии со всеми правилами, закрепленными в Рамочном решении. Таким образом, Европейский ордер на арест заменил «запрос», расширив это понятие и за счёт самой передачи. Именно поэтому термин «запрос» не нашел своего упоминания в новом документе ввиду своей ненадобности. Последняя часть приведенного определения ЕОА перечисляет цели, устанавливаемые новым инструментом: осуществление уголовного преследования, либо исполнение наказания или меры пресечения. Что касаемо принципов, то закрепив конкретизированное определение, Рамочное решение, не указало основные принципы нового инструмента. Традиционный институт экстрадиции, имеет свои принципы, которые образуют собой систему и на которых, и базируется вся деятельность института выдачи. К принципам экстрадиции относятся: принцип экстрадиционности преступления; принцип двойной подсудности; принцип специализации; принцип взаимности; принцип универсальности; принцип неотвратимости наказания (aut dedere aut judicare); принцип невыдачи собственных граждан; принцип совершения преступления на территории страны, к которой обращено требование; принцип истечения срока давности; принцип освобождения от ответственности за политические преступления; принцип non bis in idem; принцип ответственности за совершение финансовых преступлений (налоговых и таможенных); принцип невыдачи гражданина третьего государства;принцип отказа по гуманным соображениям. Как уже было указано выше, при принятии рамочного решения, не были указаны основные принципы нового инструмента. Однако стоит отметить, что некоторые из принципов все жебыли заимствованы из традиционного института экстрадиции, хотя существуют и такие, которые вступают в противоречие с ним. В числе принципов ЕОА, можно выделить следующие: • взаимное признание судебных решений по уголовным делам государств-членов ЕС; • взаимное доверие между странами-членами ЕС; • прямая связь между судебными органами; • полная отмена принципа взаимности; • частичная отмена (смягчение) принципа двойной вменяемости (криминальности); • смягчение принципа конкретности; • частичная отмена принципа невыдачи собственных граждан; • полная отмена невыдачи преступников, совершивших преступления политического характера или по политическим мотивам, или же преступления, связанные с ними . Исполнение ЕОА. Согласие лица на передачу. Рассматриваемое в работе Рамочное решение о европейском ордере на арест наложило на страну-члена ЕС обязательство исполнять ЕОА. Это означает, что решение, выданное судебным органом одного государства-члена ЕС должно быть признано и исполнено на территории ЕС, основываясь на принципе взаимного признания судебных решений. Первая и основная часть исполнения ЕОА – это принятие исполняющей ордер страной ЕС решения о передаче лица. В то же время Рамочное решение предусматриваетотложеннуюпередачупреступника в зависимости от установленных специальных положений. Рамочное решение также детально рассматривает коллизионную передачу, т.е. когда передачу одного и того же лица требует два или более государств-членов ЕС, или же когда передачу требует государство-член ЕС и выдачу того же лица – не член ЕС (ст. 16). В обоих случаях, прежде чем принять решение, чей ордер (запрос) выполнить, государство-член должно принять во внимания все обстоятельства, относящиеся к серьезности, месту совершенных преступлений, дате выдачи ордера (запроса) и цели их выдачи, в частности, для осуществления уголовного преследования, либо же несения наказания или меры пресечения. Вообще, коллизия ордеров нескольких стран-членов ЕС в отношении одного и того же лица, или по-другому, конкурирующие Европейские ордеры на арест, требует внимательного изучения. Отмечают четыре основных ситуаций, в которых необходимо принять во внимание все факты и обстоятельства по делу, чтобы должным образом удовлетворить запрос о передаче лица одного из обратившихся государств-членов ЕС. В случае, когда выдаются два или более ЕОА на одного и тоже лица с целью преследования за одно и то же преступление, исполняющий орган должен определить самый оптимальный вариант для завершения уголовного преследования, для чего необходимо решить, юрисдикция какого государства должна действовать в данном случае. Как отмечает Бирюков П.Н., даты подачи ЕОА особо не влияют на процесс принятия исполняющей стороной решения, чей ордер выполнить. Однако, если наиболее ранняя подача ЕОА свидетельствует о продвижениях в деле уголовного преследования, а также гарантирует скорейшее рассмотрение данного дела судом, то предпочтение должно быть дано этому государству-члену. Особое внимание при решении подобной коллизии необходимо уделить факторам места совершения преступления или места наибольшего ущерба, гражданству лица (если является гражданином одного из государств, выдавших ЕОА). Логично, что обстоятельства тяжести преступления в этой ситуации не играют особой роли ввиду того, что лицо преследуется несколькими государствами за совершение одного и того же преступления. Отличительной же чертой второй ситуации является то, что два или более Европейских ордера на арест на одного и того же лица выдаются за совершение им двух или более различных преступлений. И здесь наиболее правильным кажется подход Бирюкова П.Н. к решению данной коллизии ордеров. В частности, ученый отмечает, что перед тем, как исполняющему ордер государству принять решение, ему необходимо ответить на следующий вопрос: юрисдикция какого из обратившихся государств-членов «пострадает» больше всех, если судебное разбирательство в отношении данного лица начнется не в нем? Что касается наиболее раннего обращения, то, как и в первой ситуации, здесь тот же подход – особого значения не имеет, но до тех пор, пока не будут выявлены доказательства продвижения в деле преследования лица, а также гарантии наиболее раннего рассмотрения дела судом. Серьезность преступления является наиболее важным фактором, в частности, одно государство может требовать передачи лица за совершения им одного преступления, в то время как другое государство – за несколько преступлений. Таким образом, во второй ситуации исполняющему государству-члену необходимо ответить не на вопрос, кто должен преследовать преступника, а кто должен это сделать первым. Третья ситуация отличается не столько серьезностью преступлений, совершенных лицом, сколько основной целью его передачи – уголовного преследования или исполнения приговора. Вопрос заключается в последовательности преследования лица, т.к., например, в одном из обратившихся государств может истечь давность195. Место совершения или место наибольшего ущерба, гражданство преступника, дата подачи ЕОА и другие обстоятельства должны быть приняты во внимание при решении этого вопроса. Четвертая же ситуация исходит из предыдущей посредством определения одной из целей передачи – исполнение приговора лицом, а именно когда в отношении последнего выданы два или более ЕОА в целях исполнения двух или более различных приговоров. Здесь подобно второй ситуации вопрос состоит не в том, в каком государстве приговор должен быть исполнен, а в каком в первую очередь. Для принятия такого решения должны быть учтены серьезность преступления, давность, а самое главное – тот факт, в каком государстве судебный приговор был вынесен ранее. Одной из отличительных черт нового инструмента передачи преступников является четкая и строгая ограниченность во времени. Каждый ордер на арест является «делом неотложности», в соответствии со строгими временными рамками (ст. 17(1)). Как было отмечено ранее, исполнение ЕОА является единым процессом, состоящим из совместно принятия решения и реализации передачи, тогда как каждое из них также строго ограничено временными рамками. Так, ст. 17 закрепляет временные рамки для принятия решения выполнять или отказать в удовлетворении ЕОА, а ст. 23 – временные рамки для самой процедуры передачи после положительного принятия решения. Согласно ст. 17 государство-член, получившее ордер, обязано принять решение в течение 60 дней с момента ареста разыскиваемого лица. В случае, когда это лицо дало свое согласие быть переданным на добровольной основе, этот срок ограничивается только 10 днями после получения такого согласия. Неотложный характер имеет и сама процедура передачи, которая должна осуществиться в течение 10 дней с момента принятия решения. Этот промежуток времени может быть увеличен еще на 10 дней по согласованию обеих сторон, если есть необходимость устранения обстоятельств, препятствующих передачи лица - ст. 23(2) и (3) Рамочного решения. На такое же количество дней может быть увеличен срок осуществления передачи при наличии серьезных опасений наличия угроз жизни или здоровью лица (ст. 23(4)). Такое новшество, присущее процедуре передачи, подразумевает недопустимость гуманных исключений, относящихся к традиционной экстрадиции. В сравнении с последней, когда решение о выдаче находится в руках правительства, что может быть политизировано, процедура передачи на базе ЕОА принимает во внимание все обстоятельства, в том числе, касающиеся непосредственно будущего передаваемого преступника. Более того, согласно ч. 5 в случае истечения рассмотренных выше сроков, если лицо все еще находится под стражей, то оно подлежит освобождению. Исполнение ЕОА иногда зависит от согласия самого преступника быть переданным. Как было отмечено выше, такое согласие напрямую влияет на срок исполнение ордера, ограничивая его 10 днями. Однако принцип согласия не является новеллой ЕОА, а заимствован из института экстрадиции, т.к. изначально положения о добровольном согласии преступника быть экстрадированным закреплялись в национальных законодательствах, двусторонних и многосторонних договорах. Впервые на пространстве Европейского Союза это было закреплено в Конвенции ЕС об упрощении процедуры экстрадиции 1995 г. Положения этого документа преследовали цели упрощения и ускорения экстрадиции за счет усовершенствования принципа согласия. Главной идеей документа было уменьшение времени для экстрадиции лица, а в случае его согласия быть экстрадированным – скорейшей реализации этого процесса с предоставлением ему права подачи апелляции против своего задержания, если в этом есть необходимость. Другими словами, при наличии добровольного согласия и отсутствия какого-либо возражения с его стороны – оно должно быть выдано незамедлительно, без каких-либо задержек. Позже Рамочное решение «унаследовало» передачу с согласия лица в качестве специального вида передачи, который содержит специальные правила, рассматриваемые в ст. 13. Во-первых, согласие должно быть дано прежде принятия решения исполняющим органом. Второе и основное правило – передаваемое лицо должно обладать полной информацией о последствиях данного им согласия, и потому оно должно быть на добровольной основе и ясно выражено. Третье правило – это невозможность отменить уже данное согласие. Однако это положение не столь строгое, т.к. Рамочное решение предоставило возможность государствам-членам отменять такие согласия в соответствии со своим законодательством. Причем временной промежуток между дачей согласия и ее отменой не включается в указанные 10 дней. В то же время необходимо отметить, что принцип конкретности наделен теми же элементами, что и принцип согласия. Устанавливая второй принцип, Рамочное решение опровергает первый, и, соответственно, предоставляет государствам-членам самим решать вопрос о наличии или отсутствии между ними связи. Хотя изначальное предложение Комиссии было полнейшая отмена принципа (правила) конкретности без какой-либо ссылки на возможность ее опровержения самими участниками процесса передачи . Основания отказа в исполнении Европейского ордера на арест. Условная передача. Другим достижением нового механизма стало закрепление в Рамочном решении четкого перечня оснований неисполнения ЕОА, чего никогда не было и нетв институте экстрадиции. В документе указываются три причины, которые признают это одним из главных шагов в деле реформирования экстрадиции. Во-первых, Рамочное решение стало первым документом, закрепившим возможность неисполнения – в частности, рассматривает основания, по которым государство-член обязано или может отказать в удовлетворении ЕОА. Во-вторых, документ четко разделил эти основания на 2 группы – обязательные и факультативные (на три и восемь оснований, соответственно). По этой причине, в зависимости от вида основания, государство-член, получившее ЕОА, обязано или же может отказать в его исполнении. В-третьих, количество оснований в группах ограничено. Согласно ст. 3, получившее ЕОА государство-член в следующих случаях обязано отказать в его исполнении:если указанное преступление подпадает под действие амнистии в исполняющем ордер государстве;если в отношении этого лица был уже вынесен окончательный приговор за совершение того (тех) же деяния (деяний) в пределах ЕС;если ввиду своего возраста лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности за данное деяние по законодательству исполняющего ордер государства. Часть 1 ст. 13 закрепляет, что «если преступление, служащее основанием для выдачи европейского ордера на арест, подпадает под действие амнистии в исполняющем ордер государстве-члене, при условии, что последнее было вправе само проводить уголовное преследование данного преступления согласно собственному уголовному закону». Вторая часть, предусматривает условие, что, если исполняющее ЕОА государство может самостоятельно преследовать этого лица за данное преступление, основываясь на собственном законодательстве – вызывает некоторые вопросы. Во-первых, неясно, означает ли это применение в данном случае принципа двойной вменяемости. Безусловно, если государство преследует за деяние, то оно сможет защитить лицо, объявив амнистию, поэтому, такое условие представляется лишним. Вторым и более важным вопросом является само понятие амнистии, которое может быть истолковано разными способами и относиться к различным составам преступлений. Например, она может быть использована в отношении преступления, совершенного в прошлом, или же примениться в отношении только нескольких, но не всех лиц, при совершении группового преступления. Можно констатировать факт, что в документе нет ясного определения понятия «амнистия» и четких указаний его применения, что, как видится, является законодательным пробелом, вызывающим трудности на практике применения документа. Более того, амнистия возможна только в случаях уже вынесенного приговора, что не соотносится полностью с целями, достигаемыми ордером на арест. Как отмечалось выше, ЕОА преследует не только цели исполнения в отношении лица наказания или меры пресечения, но и осуществления уголовного преследования (согласно ст. 1(1)). Второе обязательное основание заключается в том, что разыскиваемое лицо не может быть передано, если уже было осуждено за те же самые деяния одним из государств-членов ЕС. Данное основание соответствует известному принципу ne bis in idem, по которому никто не может быть осужден за одно и то же преступление дважды . Основываясь на этом, исполняющий ордер государство-член не может позволить преступнику отвечать дважды за одно и то же преступление. Рассматриваемое основание согласуется и с другим принципом – взаимное признание судебных решений в пределах ЕС. Т.е. приговор, вынесенный судебным органом любого государства-члена ЕС в отношении лица, должен быть признан во всех остальных государствах-членах, основываясь на принципе взаимного признания. Важно заметить, что Суд ЕС решил, что определение понятия «те же деяния» не может являться задачей судебных органов каждого члена ЕС на основе собственного законодательства. Это возможно только посредством автономного и единого подхода для всего ЕС.
Не смогли найти подходящую работу?
Вы можете заказать учебную работу от 100 рублей у наших авторов.
Оформите заказ и авторы начнут откликаться уже через 5 мин!
Похожие работы
Курсовая работа, Право и юриспруденция, 33 страницы
550 руб.
Курсовая работа, Право и юриспруденция, 45 страниц
550 руб.
Курсовая работа, Право и юриспруденция, 30 страниц
550 руб.
Курсовая работа, Право и юриспруденция, 35 страниц
550 руб.
Курсовая работа, Право и юриспруденция, 41 страница
550 руб.
Курсовая работа, Право и юриспруденция, 31 страница
550 руб.
Служба поддержки сервиса
+7(499)346-70-08
Принимаем к оплате
Способы оплаты
© «Препод24»

Все права защищены

Разработка движка сайта

/slider/1.jpg /slider/2.jpg /slider/3.jpg /slider/4.jpg /slider/5.jpg